Из ситуации меня удалили просто. Вырубили магией, понимая, что в шоковом состоянии добиться от меня нормальной реакции не выйдет.
Лекция 23 — Поиски
Боль. Безумная, горящая и пронзающая все тело боль заставила меня закричать. Это не первое мое пробуждение, но легче с каждым разом не становилось. Судороги вытягивали душу, выбивали воздух из груди. Чьи-то руки крепко удерживали меня за плечи, не позволяя двигаться слишком сильно. Я не понимала, что происходит. Память подкидывала обрывки воспоминаний. Огонь. Кровь на снегу. Нежить. Люди, чье оружие пронзает тела мертвых. Моих мертвых. Меня тоже задело. Но только руку. Почему же мне тогда так плохо?
Более-менее осознанные мысли появлялись в редкие моменты, когда я выплывала из бреда. Тогда перед моими пульсирующими глазами появлялось лицо магистра Ларриэля, серьезное, сосредоточенное. Он что-то шептал, нити под его руками двигались и опускались на меня. А я хотела лишь одного. Закончить эти невероятные пытки. Мне никогда не было настолько плохо, чтобы я искренне и очень сильно желала умереть.
Иногда меня насильно вырывали из объятий небытия и заставляли что-то пить. Я стонала, пыталась отвернуться, но Хан удерживал мою голову и вливал напиток, вкус которого не чувствовала.
— Терпи, Льерра! — говорил он, продолжая наклонять колбу, прижатую горлышком к моим губам.
Не хочу! Я не хочу терпеть! Я хочу, чтобы все это закончилось! Я не воин! Я не могу так! Я больше не могу!..
Органы внутри словно взбесились. Особенно сильно горело в груди с правой стороны. Дышать было тяжело, мне даже казалось, что настанет момент, когда я банально задохнусь. Неужели меня тоже ранили, а я не заметила в шоке? Но разве от этого может так трясти? Судороги, приходящие с каждым пробуждением, сводили с ума. И я умоляла удерживающие мои плечи руки убить меня, лишь бы затянувшийся кошмар закончился…
— Ты должна! — в очередной раз держа у моего рта колбу с зельем, сказал Кхаанри. — Иначе погибнете оба!
Оба? Мысль зацепилась. Было в этом слове что-то очень важное, но очередная порция горящей боли в груди заставила позабыть обо всем на свете, кроме одного: я хочу умереть.
Иногда проваливалась в неспокойный, но хотя бы безболезненный сон, где видела сосредоточенные глаза, только не магистра Ларриэля или Кхаанри, а того красноволосого, который и раньше приходил в мои сны. Слуга Эйтхара? Или кто он вообще? В такие моменты я не помнила, что произошло, но одна мысль все равно откуда-то возникала в моей голове: мне нельзя умирать. Как бы я ни хотела, нельзя.
Но почему? Почему нельзя? Почему я должна терпеть? Я просто хочу, чтобы все это прекратилось, пусть ценой этого будет моя жизнь…