— Скажите, а зачем всё же печь, если есть плита? — не удержался я от вопроса, кивнув на вполне современную плиту в углу.
— На плите можно только еду готовить, для зелий она не подойдёт, — отрицательно мотнула головой ведьма, — Пламя там не живое, газовое, а для каждого зелья нужен свой огонь… Одному на берёзовых полешках, другому — на сосновых, третьему — на дубовых, а иногда и кое-какую травку приходится в огонь бросать. Да что ж я тебя у дверей всё держу! — всплеснула она тут руками, — Ты проходи, присаживайся. Сейчас я чайку организую, пироги достану… — не слушая моих возражений, засуетилась она, подскочив к плите, и начав хозяйничать.
— А девушку свою ты пока на кровать вон перенеси! — крикнула она мне от плиты, махнув полотенцем в ту сторону. где действительно обнаружилась кровать с целой горой из подушек.
Я не стал спорить, подхватил Аню на руки, и перенёс ей на кровать, борясь с каким-то детским желанием поцеловать её, глядя на приоткрытые губы. Уж слишком она сейчас была похожа на спящую красавицу из сказок…
Глава 14
— Сынок, но разве так можно? Сбежал с собственного дня рождения, не попрощался с гостями, — укоризненно качала головой мама, строго глядя на меня, пока я разувался. Рядом с ней слегка покачиваясь стоял отец, и тоже весьма неодобрительно смотрел на меня, но мать перебивать не рисковал. Да и судя по всему, ему сейчас явно не до разговоров было. Хоть у кого-то получилось хорошо отметить моё день рождения. Явно они с отцом Лизы не плохо так коньяка употребили. Надо будет потом, когда он протрезвеет, узнать, до чего они там с ним договорились?
— Так я же предупредил Лизу, что мне нужно срочно на работу бежать. Разве она не передала вам? — сунув ноги в тапки, уточнил я.
— Передавала, — кивнула головой мать, — И даже заступалась за тебя, когда я тут пару ласковых про тебя высказала. И ждала потом до последнего, когда ты появиться соизволишь. Вот буквально час назад уехала. Но также не делается! Ты бы мог хотя бы заглянуть и попрощаться с гостями!
— Вот-вот… Попрощ-щ-щаться… — выдавил из себя отец, сурово хмуря брови.
— Так. А вот ты, дорогой, с воспитанием пока не лезь, — сурово глянула на отца мать, которая терпеть не могла, когда тот напивался. Справедливости ради, происходило это не часто, и разборок после этого они не устраивали. Отец тихо-мирно шёл спать, и уже на следующий день мама могла что-нибудь высказать по этому поводу, но наедине, не при детях, — Иди-ка ты лучше спать. Завтра с ним поговоришь.
— Угум, — мотнул головой батя, и без лишних споров удалился, слегка покачиваясь.