Сеня сам удивлённый подошёл к туше, лежащей аккурат на тропе. Увидел ручеёк крови, что бодро натекал с туши и заполнив канаву тропы до краёв бодро зажурчал вниз.

Отбитое по плечо крыло лежало метрах в ста ниже по склону. Из лап была видна только одна и то потому, что каким-то чудом упала на вершину большого — метра четыре высотой — валуна. Вторая, очевидно, ухнула куда-то в высокие бурьяны.

— Ну и разделали же мы эту… это…

Вся полная впечатлений Алиса подкралась, как обычно, тихо и не заметно и теперь заливала в уши Сени свои восторги, не забывая оттирать руки и часть своей рубахи от следов бараньего помёта. Не повезло девахе. Или наоборот повезло — ведь жива, здорова и никто её ныне не покушается сожрать как парой минут до этого.

Это да… — рассеянно выговорил Сеня и тут же огорошил собеседницу:

Жаль!

— Что жаль⁈

Алиса так удивилась, что даже забыла про «ароматные» следы на своей одежде. Так и застыла с пучком травы и круглыми глазами.

— Так ведь… — Сеня протянул обе руки в сторону туши. — Мы не сможем все ингредиенты… Не сможем их утащить! Физически!

Сказано было с таким сожалением, что все кто слышал впечатлились.

— А ведь и действительно! — дошло до Вира. — У нас же ещё перед испытанием… наши накопители отобрали!

— А если бы не отобрали в Школе, — отобрали бы торгаши при обыске! — бросил Сеня и пожал плечами.

— Чёрт! — выговорил подошедший поближе Сиб.

— И что делать? — спросил Вир.

— Жадность фраера сгубила! — выразился Сеня хоть и на общем для них языке, но никто его не понял.

— Но утащить хочется всё! — выговорила с какой-то прямо патологической жадностью Алиса.

И тут Сеня обратил внимание на очень неприятное. Что было и ранее, только воспринимаемое как фон и само собой разумеющееся. Он чувствовал «ветерок». Тот самый. Которую сам когда-то назвал/перевёл как Ци. А после, по мере познания мира, таки перешёл на более точное именование. Да, ещё и энергия струилась. Но в настоящее время было актуально другое явление — поток миди.

Туша принадлежала очень крупному ящеру. Старому. И, следовательно, битком набитому этими самыми миди. И, как сейчас понимал Сеня, большинство этих миди были… СТАРЫМИ!

«Система! — Обратился он сильно озабоченный нехорошими домыслами. — Каковы проценты содержания старой версии миди по данной группе?».

И мысленно перечислил всех.

Выданный результат вызвал серьёзную озабоченность. Да, у кого-то больше процент старой, у кого меньше, но всё равно было слишком много. Получалось, что кроме себя и Алисы надо править всех, а некоторых и немедленно. Двое оказались в наиболее угрожаемом положении.