всё равно пошёл. Со всеми. И с первого взгляда понял, что ошибся. Таких хузар не видел. * * * Чем-то главы хузарской делегации напомнили ему Ольгиных бояр из прошлой жизни. Или ромейских дворцовых чиновников. Важные-преважные. Разодетые в бархат и парчу, увешанные золотом с ног до головы. Бороды седые, длинные, похоже, сроду не стриженные, морды широкие, как у кастрированных котов. Оружие… От камней на ножнах и навершиях аж глаз слепит. Но главное то, как они, представители великого хакана Хузарии, держались здесь, в Детинце великого князя киевского. Словно боярыня, ненароком наступившая новеньким сапожком на собачью какашку. Разговаривали, впрочем, вежливо. И Олега именовали уважительно. Хаканом. Точнее, хаканом русов. И дары вручили. Довольно скромные. Хузарская делегация, как Сергей узнал позже, торчала в Киеве уже неделю. Ждала, когда вернётся Олег. И это тоже кое о чём говорило. В частности, о том, что решать какие-либо дела с Игорем им было невместно. Посланцы общались с князем в большой палате. В принципе, присутствовать при разговоре Сергею было не по чину, но его привёл Рёрех. Как знатока хузарского. Не то чтобы у князя и послов не было толмачей, но лишние уши не помешают. На мальчишку, который разносит напитки, кто обратит внимание? Впрочем, то, о чём хузары говорили вполголоса, не отличалось от того, что они вещали не таясь. А говорили они о деньгах. Будущих. О таможенных пошлинах с мирных караванов. И о дольке, которую великий хакан хотел получить с прочих дел. В том случае, если великий князь киевский для очередного немирного мероприятия выберет южное направление. По понятиям времени, в котором Сергей был князь-воеводой, это была несусветная наглость. Но, судя по спокойному лицу Олега, здесь подобные требования были нормой. Олег терпеливо выслушал долгую речь о силе хузарского хакана, обширности его владений и о том, что безопасное перемещение по ним возможно лишь благодаря неусыпным трудам хузар и заплатить за эти труды — почётная и справедливая обязанность народов, перемещающихся по водным и сухопутным дорогам. Насколько было известно Сергею, многие из этих дорог уже нельзя было назвать безопасными. Потому что по ним невозбранно шлялись печенежские орды, управиться с которыми у хузар никак не получалось. Олег мог бы об этом напомнить делегатам, но не напомнил. — Я обдумаю предложение, которое вашими устами сделал мне мой добрый друг Беньяху, многославный хакан Хузарии, — не повышая голоса, очень вежливо сообщил великий князь. И всё. Аудиенция