— Кто еще сейчас в доме? — небрежно бросил я, переводя разговор в другое русло, точнее, возвращая к прерванному.
— Прислуга, Денис Борисович, и ваш покорный слуга, — я кивнул и снова уставился в окно. Надеюсь, что скоро выясню, кто такой Денис Борисович, и в прислуге разберусь без подсказок.
Машина мягко затормозила возле ворот, которые медленно начали отворяться, после предоставления Николаем своей ладони, по которой пробежал тонкий зеленый луч. Когда ворота с легким скрежетом открылись на достаточную ширину, чтобы смогла проехать машина, мы снова тронулись по весьма запущенному парку в сторону величественного трехэтажного дома, построенного из серого кирпича. Рядом с домом раскинулось большое озеро — ну понятно, Савельевы маги воды как-никак. Под колесами зашуршал гравий подъездной дорожки, и машина остановилась уже окончательно.
Ну что же, Сава, добро пожаловать домой, и я криво усмехнувшись вылез из машины, не дожидаясь, пока дверь откроет Николай и направился прямиком к распахнувшейся передо мной входной двери.
Конец 1 тома!
Том 2. Глава 1
Шесть империй. Шесть, мать их, империй и никаких отдельных стран, никаких других социальных строев, ни тебе демократии, ни автократии, ни либерократии, никакой другой кратии! Только, мать твою, империя во главе с императором и, сука, Советами кланов! Везде на всем этом гребанном шарике под названием Земля! Отличия? Они в названиях и самих объединениях, включающих культурные отличия, религиозные и языковые. Американская империя, Австро-венгерская, Российская, Османская, Японская и Империя тихоокеанских островов. Никаких даже намеков на многоконфессиональность на территориях различных империй — нет! Государственный язык — один, а предпринимаемые в прошлом попытки захвата территорий соседних империй, заканчивались большим пшиком, потому что в этом случае захватчики сталкивались с проблемами: языка, религии, культуры и привычками в еде! Что делало невозможным захват без тотального геноцида, но тут могли вмешаться другие империи и прекратить безобразие путем навязывания своего мнения силой. Из-за этого внешних войн не было уже очень давно. То есть, сначала они естественно гремели по всей планете, и масштаб тех войн поражал, но, когда границы установились в том виде, в котором стояли по сегодняшний день, не было зафиксировано ни одой. И что это могло означать лично для меня? Я раздраженно отшвырнул в сторону инфокуб, содержимое которого старательно изучал в последний час. Для меня это означало, что я ошибся: идея революции, если и рассматривается, то исключительно внутри страны. Ни о каком влиянии извне именно в этом направлении речи быть не может, потому что только последний идиот покажет своим подданным, что, оказывается, и вон как можно. Вот предпринять попытки государственного переворота с заменой действующих лиц, вот это — пожалуйста. Но не свержение этого самого строя, ни в коем случае. А как тогда расценивать высказывания вольного художника Громова Николая Александровича? Черт!