— Понимаешь, Савельев, с того, кому много дано, и спрос повышенный, — Викентий в очередной раз снял очки, и принялся их тщательно протирать. — Из того же дневника мне известно, что и ритуал слияния не был панацеей. Это было опасно. Смертельно опасно. Выживал только каждый третий, видимо поэтому императоры у нас в один прекрасный момент закончились. Такая вот история.
— Но мне-то что делать? Я ведь не императорский отпрыск, — ответив довольно уверенно, я поднял на него взгляд, в надежде увидеть хоть намек на то, что он мне как-то сможет помочь. Хрен тебе, Савельев. Единственное, что я увидел, это жалость, которая застыла в его глазах.
— Попробуй научиться его контролировать, ищи, может тебе повезет больше, чем мне, и ты узнаешь что-нибудь про слияние. Ведь не только императорская семья могла владеть таким опасным даром, возможно, остальные просто не доживали до того момента, когда могли кому-то про него, рассказать, — он надел очки и посмотрел на меня. — Кстати, насчет твоего наказания.
— Какого наказания? — я встрепенулся. — Мы же выяснили, что я не виноват в случившемся!
— Тем не менее, инцидент произошел из-за тебя, — Викентий откинулся в кресле и сложил руки на выпирающем животе. — Как ты знаешь, наш библиотекарь немного приболела, — ага приболела, еще накануне ее «болезни» вся библиотека кампуса провоняла хересом. — Твое наказание будет заключаться в том, что сегодня ты должен будешь разложить книги по полкам, согласно каталогу. Ключ от хранилища. После того как закончишь, вернешь своему декану. — Я посмотрел на ключ. Сомневаюсь, что Викентий мне его дал, дабы я попробовал что-то найти в библиотеке. Уж от-то точно знает, что там нет ничего, что может мне помочь. Значит, это все-таки взыскание. Ну что, же, Савельев, подвал снова откладывается, возможно и к лучшему. А в библиотечном хранилище можно не только про дар что-нибудь поискать по тем приблудам, что пачками выносились Софьей, да и по шифрам, по которым тоже пока ничего не вырисовывалось. Я опустил ключ в карман, параллельно нащупав там бумажку, на которой тщательно выписал странные слова, продиктованные механическим голосом.
Глава 9
Хранилище библиотеки провоняло хересом настолько, что мне резко захотелось закусить. Этот запах, похоже пропитал здесь все, начиная от полок с книгами, заканчивая столом сортировки. Что характерно, сами книги не воняли, а пахли вполне привычно: бумагой, немного пылью и типографской краской.
— Похоже, длительная болезнь библиотекарши — это очень хроническая патология, практически смертельная и неизлечимая, начавшаяся практически в тот же год, когда она пришла сюда работать, — пробормотал я, перетаскивая стопки книг со стола сдачи и выкладывая их пока на большой сортировочный стол. Каждая книга была промаркирована согласно ее положению в каталоге библиотеки, и не все они были с магической начинкой. Попадались и просто очень старые, как, например, тот мой учебник по экономике, выпущенные еще на бумаге. На нем, кстати, маркировки не было, значит, она точно не из библиотеки. Видимо, кому-то она явно не помогла по жизни, раз от нее избавились таким зверским образом.