— Что это был за грохот? — спросил он, не сводя с меня прокурорского взгляда.
— Да на мыле поскользнулся и е…, хм, упал, короче, — я даже умудрился небрежно улыбнуться, выдавая свою тираду.
— Ты бы в лазарет сходил, — Кузя покачал головой. — Что не помнишь, что ли, у тебя так же кровища за пару дней хлестала, пока Лось одним ударом кулака не отправил тебя в нокаут, который едва не закончился кровоизлиянием в твою черепную коробку, потому что я почти уверен в том, что мозга там нет.
— Не нагнетай, — я поморщился, подошел к кровати и скинул полотенце, которое намотал вокруг бедер. Пока одевался, то почти на физическом уровне чувствовал напряженный Кузин взгляд, разглядывающий мой голый тыл.
— А ты и правда начал качаться, — протянул мой соседушко. — Уже не креветка в обмороке.
— Почему креветка? — я даже слегка обиделся за местного Саву. Он, конечно не был хоть сколько-то накаченным, но не до такой же степени.
— Потому что такой же скрюченный, — Кузя подхватил свой рюкзак и направился к дверям. — Я сегодня поздно. Ты в свой подвал пойдешь?
— Не знаю, — я пожал плечами. — Еще не решил, — Кузя только кивнул и вышел из комнаты, оставив меня наедине со все еще переливающимся макетом и собственными мыслями.
Долго стоять и медитировать мне было некогда, поэтому я тоже очень скоро покинул комнату, направившись на занятия.
—… Подведем итог, Император, согласно статье номер три, пункта четыре нормативного кодекса, прежде чем совершенно легитимно получить атрибуты полноценной власти, должен получить абсолютную утвержденность, — я ворвался в кабинет, когда от урока прошло уже около трех минут.
— Разрешите войти, Нестор Иванович, — рявкнул я с порога.
— Хм, Савельев, ты слышал мои последние слова? — право нам преподавал настоящий юрист, Мордвинов Нестор Иванович, входящий в Золотую дюжину тех, кто брал за свой час больше, чем я вчера за статуэтку получил.
— Да, Нестор Иванович, слышал, — ответил я ему.
— Очень хорошо, тогда, если ты сейчас скажешь всем нам, что подразумевает под собой термин «абсолютная утвержденность», то я позволю тебе войти, несмотря на такое вопиющее опоздание.
— Это означает, что, если наследника не утвердит и не подтвердит добровольность своих намерений магической печатью каждый член Совета кланов, не большинство, а каждый, то наследнику императором не стать ни при каких обстоятельствах.
— Ну, хорошо, верно, можешь занять свое место, — поджав губы, сообщил мне препод.
Парты были одинарные, а моя находилась в самом конце класса. Упав на нее, я попытался сосредоточиться на уроке, но не сумел, и так и задремал с открытыми глазами. К счастью Мордвинов не заметил моего практически отсутствия на уроке, так же, как и другие преподаватели.