— Ну-ну, — Эльза поджала губы. — Вот прямо сейчас я делаю вид, что тебе верю. Но не думай, что мы не вернемся к этому разговору. — Да она оптимистка. Я с удовольствием вернусь к любому разговору, если мы выживем.
— Отлично, — я снова очень осторожно посмотрел на улицу и снова никого не увидел. Странно. Или они все-таки дилетанты, или у них банально не хватает людей. Если исходить из самого плохого варианта, что кто-то из школы им помогает, то, можно предположить, что вошли террористы, как посетители. В субпространстве им шмякнули на руки дельты, и они смогли без проблем выйти со стороны школы. Но субпространство не резиновое, и количество бирок с номерками-пропусками должно быть ограничено. — Эл, если хочешь принести пользу, то помогай.
— Что мне нужно делать? — с готовностью спросила девушка.
— Мы сейчас пройдем в приемную, я постою на стреме, а ты перероешь все нормативные документы секретаря и найдешь регламент дня посещений. Самое главное, мне надо знать, сколько максимум посетителей может прийти к одному школьнику.
— Ты думаешь… — Эльза уставилась на меня круглыми глазами.
— Я умею думать, что бы ты обо мне не думала. Но сейчас я просто перебираю варианты, которые помогут нам действовать не совсем уж вслепую. И этот вариант один из самых работоспособных, потому что все остальные — это на грани фантастики, — я снял с плеча автомат, и направился к выходу из кабинета, держа его перед собой.
В приемной, кроме тела убитого мною террориста, никого не появилось и это не могло не радовать. На то, что террористы взяли все, что хотели, и тихо-мирно удалились, я совершенно не рассчитывал. Скорее всего, они будут действовать по какому-то хитрому плану, для реализации которого и выкрали книгу у Викентия. Главное, чтобы их ресурсы были все-таки ограничены. Еще бы хотелось узнать на кого все же ведется охота, но эти знания как розовые мечты, сомневаюсь, что моей физподготовки, читай постановки ударов, в данный момент хватит, чтобы устроить кому бы то не было допрос с пристрастием.
Встав у двери, я кивнул Эльзе, которая тут же выскочила из кабинета и принялась активно рыться в небольшом шкафу чуть в стороне от конторки.
— Сава, — я слегка повернул голову к ней. Говорила она тихо и вообще держалась молодцом, что не могло не вызывать во мне бурю самых разных чувств. — Почему мы не обыскивали кабинет Викентия?
— Я не псих и не самоубийца, — ответив, я снова повернулся к двери. — Там даже убийца ничего лишнего не тронул. Сомневаюсь, что директор не оставил неудачнику парочку смертельных сюрпризов как раз на такой случай. А разная нормативка у директоров не хранится. Она им нахер не нужна. У директоров есть секретари и юристы, вот у них пускай тонны разных бумаг и хранятся.