— Ох ты, епт, — и я пригнулся, пропуская очередной удар над головой.

— Оу-у-у, моя нога! Чтоб вас обоих понос прихватил, когда вы снотворное выпили!

Как ни странно, но именно заковыристое проклятье Эльзы привело Любашу в чувства. Она остановилась, тяжело дыша, и оглядела нас пристальным взглядом.

— Савельев, Бойнич, а вы здесь откуда? — наконец, медленно спросила медичка.

— Из подвала, — я выпрямился и невольно поежился, глядя на зажатый в Любиной руке скальпель. Она очень странно его держала, почти как ручку, будто не резать меня собиралась, а писать на моем теле. — У меня дисциплинарка, а Эльза пришла меня поддержать хорошим скандалом. Так что самое интересное мы пропустили.

— И слава Богу, — Люба еще раз нас осмотрела и кивнула на покореженную дверь, ведущую в ее царство.

Закинув автомат за спину, я просто и без затей подхватил Эльзу на руки, к счастью весила она немного и идти было не долго, и прошел в местную больничку, где сгрузил девушку на ближайшую кушетку, а сам повалился на первый попавшийся стул. Что-то меня уже это приключение порядком вымотало, а ведь это только начало.

Пока Люба осматривала Эльзу, она довольно эмоционально, не скупясь на идиоматические выражения, поведала то, чему она стала свидетельницей.

Нападение произошло в тот момент, когда она генералила малую операционную. Выстрелы слышала, словно издалека, и их вполне можно было принять за салют, или что-то в этом роде. Недалеко от территории школы располагался очень модный и дорогой парк — являющийся клубным местом. То есть войти туда, погулять, покушать в дорогих ресторанчиках, поиграть в гольф и тому подобное, могли лишь члены клуба «Моэр», там частенько устраивали разные празднества: юбилеи, свадьбы, или просто крутые вечеринки, которые частенько заканчивались пуском петард. Поэтому Люба и не обратила на выстрелы особого внимания. Она начала понимать, что что-то происходит, когда раздался взрыв, стрелять стали уже практически за дверью, и раздался крик. А потом в двери начали ломиться, что было странно, потому что учащиеся, у которых на коже предплечий были дельты, входили в больничку без проблем. Выходить и смотреть, что происходит, Люба благоразумно не стала. Забившись в самый дальний угол, отгородившись операционным столом, она набросила на себя заклятье маскировки, основанное на способностях хамелеонов сливаться с окружающей средой, и так и простояла все-то время, пока ввалившиеся все-таки личности слонялись по комнатам, ищи наркоту или какой-нибудь ее аналог, или спирт. Хорошо же как, в который раз правым оказаться. Из разговоров этих уродов она поняла, что с ними есть босс. У них есть командир, который немного поумнее, во всяком случае с собой в кампус конкретно этих бойцов он не взял и дельту им не предоставил, и есть задание. Задание заключалось в ликвидации некоторых, конкретных учащихся. Точный список был у босса, и эти о нем не знали. Имен никто не произносил, но даже в тупые головы исполнителей приходила мысль о том, что живыми им из этой истории выбраться сложновато, все-таки детки здесь непростые учились. Принципа отбора кандидатов на уничтожения, так же, как и бывшие охранники, а теперешние трупы, Любаша не знала.