И снова свет принял клятву и подтвердил истину слов.

— Только вот его величество на добрых пятнадцать сантиметров выше своей невесты и пуля, вместо того чтобы войти под сердце и нанести серьезную, но не смертельную рану, не с талисманами его величества, вошла точно бедняжке в сердце. И знаете, это сняло массу вопросов. Но об этом позже! — Гринривер ликовал и купался в лучах внимания. На его изуродованном лице сияла белоснежная улыбка.

Люди в зале тихо роптали.

— Но не только моего милосердия в твоих планах не оказалось, тварь. Мистер Салех, конечно, не архимаг, но все равно достаточно безумен, чтобы ты мог начертать в его разум своей силой. И потому у нас с собой бомба, а все зрители молчат в тряпочку! — Ричард снова истерично хохотал. — Ах, леди и джентльмены, прошу меня простить, я знаю, вы не до конца понимаете, что происходит! Минуту терпения, все объясню. Но для начала, Ульрих, ваше первое завоевание? Какая страна пала первой на твоем пути к господству?

Первый император, что все это время бесстрастно взирал на Ричарда, дрогнул лицом.

— Я…

— О, многоуважаемый предок, не утруждай себя, прямо сейчас тебе в голове выделят нужное воспоминание и выдадут за истину. Так что слушайте меня: больше трех тысяч лет назад первым на пути пепельных легионов встало королевство Грейтания, правил им Ангвир Аталийский. Король-чародей. Последний чаропевец. Вы можете только догадываться, но в начале своего пути Ульрих был тем еще кровавым отморозком. Молодая империя тогда едва не обломала зубы о маленькую страну с королем-чудаком. Наш доблестный правитель лишил короля Ангвира его магической силы и замуровал в башню. Там было немного воды и еды и восемь дочерей короля, в возрасте от шести до восемнадцати лет. А дальше, по задумке Ульриха, который потерял треть магов и половину воинства, венценосное семейство должно было жрать друг друга. Перекосило, дедушка? Это ничего, это так и должно быть, душеед прячет воспоминания, но не может украсть их насовсем. Так что, уважаемые зрители, не надо так крепко сжимать оружие, оно может и выстрелить ненароком, — Ричард немного устало перевел дух. — А ведь всего этого можно было избежать. Достаточно было капли милосердия, всего лишь быстрая смерть поверженному врагу и все, но ты решил отмстить сполна! Отец, пожирающий своих дочерей, дочери, глодающие кости отца! В крайнем случае — это отец, который убивает своими руками тех, кого он любил больше своей жизни! Для перерождения в душееда не нужна магия, только любовь, голод и кровь королей.

Храм тонул в звенящей тишине. Люди даже не дышали. Даже Виктор больше не баюкал труп невесты, а лишь с ненавистью смотрел на Ричарда.