— Гринев — мастер делать потайные ходы. Думаю, здесь их целая система, — сказал Филиппов и замер.
Плавным движением он отодвинул книгу на полке и затем потянул ее на себя. Сбоку приоткрылась щель, ведущая в темноту.
— Оставайся здесь, а мы пойдем. Когда добудем документы стукнем пару раз.
— Нет уж, я пойду с вами! Меня и так скоро раскроют.
Глава 19
— Они тебя начнут искать! — развернулся Филиппов.
— Значит у нас мало времени, — пошел я за парнями в тайный ход.
Рядом на стене был рычаг. Луцкий опустил его и проход закрылся.
— Темно, хоть глаз выкали, — ругнулся тот.
Я снял камзол и оторвал рукав рубашки, бросил его на пол.
— Милостивый бог, даруй мне благословенное пламя, — сказал я и щелкнул пальцами.
Дикая боль на пару секунд сковала меня, но после я перенес огонь на ткань. Тусклый свет от горящего костра озарил пространство. От нас тянулся узкий коридор вдоль стены, без окон и дверей. Мы быстро шли вперед. А я периодически зажигал огонь, дабы осветить пространство, который после Луцкий сдувал.
Ни одной чертовой двери… Но зато лестниц две: одна вниз, другая наверх. Луцкий показал наверх. Филиппов вниз. Такое ощущение, что эти двое не могут принципиально сойтись во мнении.
Прислушавшись к интуиции, я показал наверх. Филиппов скривил губы и все же направился за нами по лестнице, ведущей на второй этаж. В свою очередь, там было две двери. За одной из них точно кто-то находился. Это мы поняли по звукам шагов. Поэтому принято было решение пойти в другую. К счастью, они находились на приличном расстоянии друг от друга.
Мы разговаривали за счет жестов и махания головы. Чтобы нас не засекли.
Филиппов прислонил руки к замку и через пару мгновений раздался характерный щелчок. Мы толкнули импровизированную дверь и подвинули в бок.
Бинго! Мы попали в рабочий кабинет, видимо самого Рогачёва. Я направился к шкафу, Филиппов к комоду, а Луцкий к столу.
Пока я пытался открыть гребанный шкаф, Филиппов уже нашел нужные документы.
— Да что ж он не открывается.
— Тут заклинание крови… Не получится, брось. Тем более я уже нашел.
— Леш… — подозвал меня Луцкий.
— Чего?
— У друга твоего Коган фамилия…
— Ну да.
— Это не вопрос…
Николай подошел ко мне и отдал лист с корявыми надписями.
— Надо еще посмотреть… — я подбежал к столу и перекладывал документы, письма, заметки. Внезапно входная дверь щелкнула. В этот момент я увидел надпись на одном из листов «Романов Илья», ниже еще один лист с фамилией нашей семьи.
Еще один щелчок двери и меня подхватило ветром.
— Милостивый бог, даруй мне благословенное пламя, — крикнул я и переместил огонь на стол.