— Ты знаешь, где твои родные?

— Нет. Знаю только, что банда, что повадилась к нам в поселение, работает на какого-то Борисыча…

— Разберемся. Обещаю.

Мила легла мне на ноги и нырнула головой под руку. Пристрастилась к поглаживаниям.

— Я верю тебе…

Пролежав пару минуток на моих коленях, она резко встрепенулась и поводила ушами.

— Что-то случилось?

— Да! Деревня в опасности!

Мы быстро рванули в деревню. Когда добежали, половина населения была схвачена. Даже детей связали, гады. Старосту держали двое наемников, прямо возле его дома.

Я бегло огляделся по сторонам. На Илью была накинута сеть. Та самая из адамантия, блокирующая магию. Сволочи, быстро его разгадали.

Ланы и Симона не увидел и очень этому обрадовался.

— Ну-ку, ну-ка, — повернулся один из бандитов, — кто это у нас здесь? Решил всех заек сам оприходовать? — направил на меня меч тот.

Я сразу узнал этого ублюдка. В первую очередь по отрубленной руке, которую сам же и откромсал.

— А вы хорошо защитились лесной изгородью… Долго найти вас не могли. Но пятьсот тысяч, обещанные за твою голову, знаешь ли, на дороге не валяются! Вот, друзей привел, — покрутился он, как барышня вокруг своей оси, — тебя императору приведем, а девок в бордель сдадим. Куда ни глянь везде плюсы.

— А я сморю ты добро не ценишь, — ухмыльнулся я.

— Чего? — скривил свою и без того кривую физиономию тот. — Ты мне руку оттяпал!

— Я тебя в живых оставил. Но видимо зря. Не нужна она тебе.

— О чееееемммм… — не успел договорить он.

Всю его тупую речь я образовывал под землей металлический кол, который в одно мгновение вылетел, пройдя на сквозь гада.

— Там, — прошептала Мила, — Тася, — она быстра рванула к связанной сестре и тут же попала в лапы бандитам.

— Ц-ц-ц-ц, а вот чужих девушек лапать не по по-пацански, — нахмурился я и в одно мгновение кол прилетел в ублюдка, который схватил Милу.

Маны теперь у меня много и я без особых усилий смог обрезать веревки, связывающие зверолюдей, одновременно сражаясь с двумя бандитами.

— Уведи всех, кого сможешь, — крикнул я Миле.

Та побежала к только что освободившимся сородичам и украдкой повела их в лес. За ними побежала толпа ублюдков, но я быстро разрыхлил почву, которая их засосала.

Разберусь с ними позже.

— О! Знакомые всё люди! — услышал я позади и повернулся. Это был тот сыкун, что вместе с одноруким воровал Тасю. — В этот раз тоже отрабатывать пришел? Проявлю к тебе милосердие…

— Да пошел ты в жопу!

— Вот-вот… А то оставлю тебя в живых — этой самой жопой и будешь отрабатывать! — вонзил я в сыкунишку меч.

Это было просто, он дрожал как осиновый лист. Но жизнь его ничему не учит, а кто я такой, чтобы противиться воле парня, что так настойчиво ищет свою погибель.