— Господин военный министр, — голос дежурного офицера дрожал от напряжения и в нем отчетливо был слышен страх, — станции наблюдения, помимо четырех сигнатур идентифицированных как “химеры” зафиксировали большую концентрацию как обычных войск так и одаренных в двухстах километрах от Гельсингфорса. Доклад аналитиков будет готов через… а вот и он. Вывести на экран?

— Выводите, — приказал Иван Большой.

Офицер кивнул и в на голографическом экране появилась карта, перечень вражеских сил, а это могли быть только мятежники и выводы.

Я, как и все в штабе напряженно вчитывался в эти строки и слушал отца Ивана.

Сомнений быть не могло. Вот-вот должна было начаться сражение за последний оплот законной власти.

И ситуация у нас была хуже губернаторской.

Против двадцати тысяч гельсингфорс когогарнизона и остатков лейб-гвардейской эскадры противник сосредоточил впятеро большие силы. И хуже всего было то что одаренных тоже было намного больше чем у нас. Правда химеры пока не проявляли активности и медленно барражировали над захваченной столицей Империи.

Военный министр и остальные люди с большими звездами решили воспользоваться их пассивностью и как следует проредить ряды наших врагов.

По большому счету единственным козырем верных законному правительству сил были наши линкоры, вернее я, в роли главного артиллериста и усилителя их огня.

— Граф, приказываю вам немедленно прибыть на “Цесаревич” и незамедлительно открыть огонь по скоплению войск противника, — приказал мне военный министр, — всем остальным приказываю действовать по утвержденным планам. Всем силам ПВО приготовиться к отражению атаки химер. Санкционирую применение воздух-воздух с ядерными боеголовками, поставленными на принудительный подрыв. Еще никто никогда не стрелял по богам-тотемам таким оружием, но возможно это может сработать.

— Слушаюсь, — коротко отозвался я и козырнув вышел, Лера без слов последовала за мной.

На улице нас уже ждала машина и через десять минут, которые мы с Котовой провели в напряженном молчании мы снова оказались на борту уже ставшего родным линкора.

— Рад вас видеть господин граф, — поприветствовал меня ставший после того памятного боя полным адмиралом Чайкин, — объяснять вам ничего не надо, так что прошу быстрее занять своё место. Мы ждали только вас чтобы начать. Госпожа Котова, вы сегодня обворожительны, — сделал он несвоевременный комплимент Лере. Та в ответ только улыбнулась.

Еще минута и вот мы уже в той самой башне в которой вели бой с вражеским флотом.

Уже в форме белого Соболя я занял свое место и почувствовал как руки, так же обернувшейся Леры легли мне на плечи. Мы были готовы.