— А как они могут себя чувствовать? — ответил вопросом на вопрос сэр Генри, — падают, как и предполагалось. Я уже начал скупку. Через подставных лиц конечно.

— Вот и отлично, не забудьте о моей доле, когда будете всё переоформлять.

— Я помню, автор.

— Хорошо, а сейчас давайте послушаем разговор господина Росомахи с молодым Соболевым, он как раз до него добрался.

* * *

— Алексей, прими мои соболезнования, — Эдгар начал разговор с дежурных фраз, — князь Григорий был достойным человеком.

— Спасибо, — столь же формально ответил я, — очень тронут. Вы знаете что случилось в Тосно?

— Да, мои люди уже вовсю там работают. Нападение. Почти пять десятков хорошо вооруженных террористов в тяжелой броне и с силовыми щитами окружили ваше поместье, подавили систему охраны и ворвались на территорию. Охрана, которая была усилена людьми господина военного Министра, не справилась, и в результате князь Григорий и еще несколько человек погибли.

— Кто именно? — резко спросил я, а сам подумал. Только бы не Илья с Мариной.

— Личный секретарь князя Игорь Соболев, он закрыл своего патрона собой, правда князя это не спасло. И еще три человека из обслуги. Это не считая охранников, конечно. Понимаю что от этого тебе не легче, но нападавшие уничтожены полностью.

— Эдгар, это всё о чем вы хотели поговорить со мной? Только сообщить эти новости?

— Нет, собственно это второстепенная цель. Главное то, что мне сейчас необходимо снять у вас и у госпожи Котовой слепок памяти за последние двадцать минут, — в этот момент Эдгар вежливо кивнул Лере, — нам важна вся информация о случившемся, а вы вступили в очень тесный контакт с нападавшими.

— А не пойти бы тебе Росомаха в задницу, — внезапно раздался громкий и очень рассерженный голос генерала Медведева, тот стоял в дверях, — Алексей и Валерия не будут давать слепки памяти твоей конторе. Только армейской контрразведке.

— Господин генерал, — подчеркнуто спокойно ответил Эдгар, — предписание подписано господином канцлером, и на нем стоит высочайшее разрешение. Или вы хотите помешать выполнению воли Императоров?

А вот это уже явная угроза. И её услышал не только я, но и Матвей Медведев.

— Я хочу видеть бумаги, немедленно, господин тайный советник.

— Как вам будет угодно, господин генерал.

Сказав это Эдгар сосредоточенно посмотрел на свою раскрытую ладонь, и через секунду на ней возникла папка. Он положил на неё вторую ладонь, папка ярко загорелась сначала красным, а потом зелёным.

— Это мое персональное защищенное хранилище важных документов, — пояснил мне Росомаха, — никто кроме меня не имеет к нему доступ.