— Ну, знаю, и что? — с вызовом сказал Дроздов. — Что у нас своих «масонов» нет? Может, в конце концов, занять их тем делом, для которого их готовили? А свалить всё на пришельцев. Дескать, подлые летают… И, вообще… Лично я против легализации пришельцев. Если уж ты, товарищ пришелец, хочешь как-то «повеселиться», нагони ужасу на «Альбион». Напади среди белого дня на их военные базы. На Фарнборо, например…
У меня дрогнула душа. Я не рассказывал Дроздову про мой налёт на Фарнборо. Или рассказывал? В каких-то жизнях рассказывал, в каких-то нет. В этой? Не помню, млин! Да и не важно! У дураков, говорят, мысли сходятся. Вот и у нас с Юрием Ивановичем всегда мысли сходились.
— Ты к чему его призываешь⁈ Это же будет катастрофа!
— Да, какая катастрофа? О чём ты? Прилетит НЛО, расхреначит авиабазу и улетит. У твоего челнока есть защита? Если по нему стингером пальнут или чем помощнее.
Это Юрий Иванович спросил меня.
— Есть, конечно. Челнок — субстанция не материальная. Но он может поглощать материю. А потом эти ракеты перенаправлять.
— Да, ты что⁈ — восхитился Дроздов. — Значит, если по нему пальнут из баллистической ракеты, он её поглотит, а потом выплюнет в другом направлении?
— Э-э-э… Что-то типа такого. Только перепрошить надо будет блок самоуничтожения. Но это мгновение. И может не сразу выплюнуть, а когда угодно. Хоть через год или сто лет. Мне даже понравилась эта идея.
— Да, перестаньте вы! — разозлился Ивашутин.
— Чего ты злишься, Пётр Иванович? Мы же просто фантазируем, — попытался тогда успокоить Ивашутина Дроздов. Он фантазировал, а я прикидывал, какой вариант лучше. И выбрал вариант мирный.
— Я пришёл дать вам волю! — вспомнил я якобы изречение якобы Степана Разина.
Глава 15
— Да-да… Я пришёл дать вам волю, хлеба и зрелищ, — продолжил размышлять я.
Хотя… Чего тут размышлять? Мне, допустим, было понятно, как действовать, чтобы наполнить прилавки магазинов. И примером было общество потребления, возникшее в России в двухтысячных годах. Ведь мы, приходя в магазин или на рынок в начале двухтысячных, не задавались мыслью откуда поступали продукты и иные товары. И не пеняли на государство, что товары, в основном, были импортные. Ну, импортные и импортные. Владивосток неплохо жил на китайских товарах и продуктах. Центральная Россия — на Турецких. Есть товар и, что главное, есть деньги его купить — и это хорошо.
Потом появились супермаркеты и свои производители. Отлично! Но импортных товаров меньше не стало. И уже в двадцатых годах мы стали предпочитать своего производителя. Даже китайцы приезжали в Хабаровск и Владивосток за нашими продуктами. То есть — государство создало условия и производства появились. Продовольственная безопасность однако!