— Ты увидишь изменения в Ракше, — добавил Юкио. — И только потомосознаешь их в таньджуне.

— У тебя было так? — спросил Юто.

И куда исчезла эта его приторная вежливость? Паренек был деловит и сосредоточен.

— Почему ты спрашиваешь об этом меня? — спросил Юкио. — У тебя есть наставница.

— Моя наставница, — спокойно ответил Ёшида. — Учит меня, что важны все углы зрения.

Они остановились на перекрестке. Рядом с ними стояли другие люди, поэтому разговор прервался.

За перекрестком краснели врата Тории. Такой вот привет из предыдущих эпох. Напоминание о прошлом. А если говорить откровенно, напоминание хёджинам о том, что кланы существуют.

— Не могу не согласиться с госпожой Ёшида-сан, — произнес Юкио, когда они перешли улицу и пошли по тротуару. — Но ты не Кагори, Юто-кун.

Юкио сейчас намекнул о том, что вообще-то Юто из другого клана. Причем тоже кицунэ. А делиться знанием с лисицей из другой норы — это не в традиции кицунэ. Если говорить совсем прямо: «А что взамен?».

Судя по тому, что на лице паренька промелькнуло удивление, он об этом подзабыл. Или ему подробно это еще не объясняли. И да, Юто ужедолжен. Именно за этот инцидент в школе. А среди кицунэ долги — очень щепетильная вещь. Больше всего лисицы не желают быть должными. Отсюда и легенды о мстительных тварях, и одновременно о щедрых дарах кицунэ.

Но должен не сам Юто, а его сайко, старшая. То есть Ёшида Томоко. И должна она Кагори Мию, сайко клана Кагори. Потому как именно Мию-сан отдала приказ Юкио проследить за тем, чтобы Ёшида Юто спокойно учился. И для Юкио это было своего рода наказанием за недавние события в додзё. И да, уже было сказано, что кицунэ злопамятные и вредные существа?

А Юкио сейчас, несмотря на уверенный тон, впервые выступал именно от лица своего клана. И следуя своему пониманию, кто такие кицунэ, сказал так, как сказал. И судя по реакции Ёшида Юто, сказал правильно. Паренек, после удивления, приобрел независимый вид.

— Я прошу простить меня, Кагори Юкио, — вежливо, но холодно ответил Юто.

Не забыв склонить голову в поклоне. Как равный равному. И на все эти японские выверты с недоумением смотрела Мария Юсупова.

— Я не могу ответить, Юто-сан, — уже нормальным, обычным тоном заговорил Кагори Юкио. — Моя ситуация была хуже твоей. Я просто не помню, как было до.

— Я… — Юто смутился. — Простите.

— Все нормально, — Юкио обозначил улыбку. — Я просто должен был так сказать. Если бы мы приехали к вам, ты тоже примерно так же бы себя вел.

Ёшида снова задумался.

— Хм, да, наверное, — неторопливо произнес он, смотря куда-то на крыши.