Задавались ли другие вопросами происхождения, предназначения и места в мире? Наверняка задавались. Ходящие в целом склонны очень много рефлексировать и размышлять о жизни. Но я однозначно знала, что подобный интерес не поощрялся. Способности передавались по наследству, иногда сразу, а иногда перескакивая через одно-два колена. В нашей семье в каждом поколении стабильно рождался один ходящий и, судя по всему, стабильно с убеждением, что правила писаны не для него. Вот и мой прадед, послав к нечестивым духам мастеров с их советами не копать глубоко в историю, взял самую большую лопату.
Он пропал спустя целых пять лет активных исследований. Долго продержался, я считаю. Планировал написать о ходящих книгу, может, даже и написал, кто его знает. Но остался в нашей семье после него лишь потрепанный кожаный дневник с налетом желтизны на страницах от старости и иногда неподобающих условий хранения. Продираться через него, в особенности поначалу, было непросто. Никаких тебе оглавлений или хоть какой-то структуры. Буквы в нужном порядке, и на том спасибо.
Однако суть улавливалась хорошо с первого раза. Ходящие не были порождением Индаая, вылезшим на свет аккурат после войны некромантов. Мы появились благодаря этой войне – и не где-нибудь, а на самом Тарнуме. Прадед смог раскопать старые лабораторные журналы, в которых ходящие упоминались как инструмент возрождения некромантии. Увы, данная тема была не слишком интересна моему предку и, как следствие, не слишком освещена на страницах дневника. А вот особенности посмертного сна некромантов и свои идеи по тому, как выудить оттуда способы расширения возможностей ходящих, он любезно весьма подробно расписал.
Глава 7
Утром, лежа в кровати и наблюдая, как по окну, оставляя мокрые кривые дорожки, ползут крупные капли дождя, я поймала себя на невесомом пока еще ощущении, что жизнь начала приходить в порядок. Пасмурный рассвет только-только занимался над горизонтом, внизу не было слышно ни единого звука, а значит, настало время для волевого решения о разборе вещей. Шкаф, к моему удивлению, оказался достаточно большим и без проблем вместил все, что я привезла, вдобавок к вещам Джуна. Такое соседство порядком смущало меня, ему наверняка в какой-то момент потребуется зайти сюда за каким-нибудь элементом гардероба. Но на мое справедливое возмущение вчера он ответил, что шкаф Во’она, комнату с которым он временно делит, к сожалению, уже забит под завязку его форменными костюмами. Мне пришлось довольствоваться обещанием стучаться, поскольку никаких замков на дверях тут не наблюдалось.