С поиском напавших на юношу наёмников дела обстояли чуть хуже. Это были явные параноики, почти не оставлявшие электронных следов, но как минимум их удалось засечь на бирже в даркнете. Остальное было делом техники, точнее симбионта, однако, ему требовалось время. При всей мощности всё же импланту было сутки отроду, он только нарабатывал базу, не выйдя даже на десятую часть истинной мощности. Но Тим мог подождать. С этим проблем не было. Повторное покушение казалось совершенно нереальным, слишком плотно его опекали, да и после прошлого раза бандиты залегли на дно. Сектанты тоже не показывали носа, зализывая раны, к тому же в городе их искали. Поэтому юноша мог немного расслабиться и подождать.

Тем более что ждать было сейчас главным занятием Тимофея. Возвращение от эльфов вышло триумфальным. Кедалион оценил новую броню и забрал её на доделку. Зачарование эльфов работало отлично, но… только на самих эльфах. У людей уже начинались проблемы. Небольшие. Там пластина кожи чуть сильней отходила от основы, тут образовывалось слабое место. И циклоп, несмотря на то что с кожей работать не умел, прекрасно разбирался в доспехах в целом. Так что кузнец взялся усилить слабые места клёпками из халколивана. Зелёная бронза подходила для этого почти идеально, потому что никак не влияла на эльфийские зачарования. И через пару дней броня должна была быть готова.

А вот лютню Тим сразу привязал ритуалом магической кузни, справедливо рассудив, что в ближайшее время найти инструмент подобного качества будет категорически невозможно. Эльфийка — бард делала его под себя, не пожалев магии и редких ресурсов, от чего каждый звук обладал поистине чарующим эффектом. Тим даже плюнул на жадность и поднял мастерство игры на гитаре до бронзового максимума и это того стоило. Даже без использования магии знакомые мелодии зазвучали в его исполнении совершенно иначе. Глубже, объёмней, чувствительней. Что уж говорить о той же классике в рок-обработке. Если бы Тим выступал сейчас, они не просто заняли бы первое место. Все остальные классы просто остались бы без зрителей. И даже весьма искушённый в искусстве Кедалион признавал, что Тимофей достиг предела для смертных и дальше уже шло если не божественное, то чудесное точно. Но так высоко юноша пока не замахивался.

А вот петь ему теперь приходилось много. Точнее играть, но и песнями пренебрегать тоже не следовало. А всё, потому что, вернувшись в домен юноша довольно быстро нашёл применение ядру концентрированной сути дракона. Логично было предположить, что его можно использовать вместе с яйцом дракона, греющим бока в потухшем вулкане. Никаких симптомов скорого вылупления от яйца не поступало и Тим почти забыл о старой находке. Но Грёза помнила всё. И действительно, стоило положить ядро на яйцо, как-то мгновенно впитало его в себя, начав тихо пульсировать. С каждым часом пульсация становилась всё сильнее и по совету циклопа Тим начал процедуру привязки. Для этого приходилось сидеть рядом с яйцом и… петь ему. Ну или просто играть. А всё, потому что как оказалось, оно принадлежало медному дракону, большому любителю музыки, песен и историй.