— Что-то срочное? — трубка отозвалась недовольным голосом и повинуясь жесту губернатора Игнат перевёл её на громкий режим. — Чего молчишь?

— Поздорову Герасим, — глава Новосибирска поболтал напитком в бокале. — Как здоровье? Когда последний раз виделись что-то бледноват ты был.

— И ты здрав будь Панкратий, — мигом сообразил, что происходит Курбский. — Да не жалуюсь. А вот ты, говорят, недавно пластом лежал, чуть ли не домовину тебе готовили. Мы тут все в недоумении, что за хворь такая что Гроссмейстера уложить может. Не пора ли нам готовится, кордоны ставить.

— Да с божей помощью выздоровел. — усмехнулся губернатор. — С Божьей и твоего правнука. Того самого которого ты моим же людям заказал. А потом щенка своего послал следы зачистить. Ты не много на себя берёшь, Герасим? Пришёл, нагадил. Раньше войны и за меньшее начинали. Ты хочешь крови Герасим? Так не вопрос, я тебе твоего щенка по частям пришлю.

— Не нагнетай! — мгновенно окрысился хозяин Ярославля. — За твоих шестёрок и обиду виру заплачу, честь по чести, но за кровь Курбских спрошу по полной!

— Только кто тебя поддержит? — Панкратий Харлампович был в своём праве и пользовался этим по полной. — Сегодня ты у меня нагадил, завтра у кого-то ещё. Твоя спесь и наглость известна всем, Герасим. А за мной правда. Хочешь силушкой помериться? Давай!

— Мне нужен этот пацан, — оценил настрой и свою позицию Курбский. — Это наша кровь и он должен вернуться в семью!

— Так и звал бы по-человечески. — пожал плечами губернатор, хоть собеседник этого видеть и не мог. — Так нет, вы сначала обгадились, потом ещё раз обгадились, а под конец вовсе такую кучу наложили, что как разгребать теперь непонятно. Ты знаешь, что это он мне вас сдал? Нет, мои ребята тоже уже почти докопались, но Тимофей принёс все анонимные счета, все переводы, цепочки, контакты. Я не уверен, что даже императорская безопасность столько смогла бы накопать, а шестнадцатилетний сопляк смог! Это не говоря, что он меня из могилы вытащи, да и многих в городе. Мне достаточно просто слух пустить, что такого полезного человека Курбские убить пытались…

— Да никто не хотел его убивать! — рыкнул Герасим. — Игнатка, пошёл вон! Не для твоих ушей это! Ты же понял уже, Панкрат, что пацан непростой? Архивы Щетининых не меньше наших, чай от одного корня род ведём. И сам уже понял, что пацан — это шанс. Если не на всё, то очень на многое! Такие как он редко появляются, но с ними можно подняться на вершину мира!

— Или сгинуть в бездне, — ничуть не впечатлился Панкратий. — Ты прав, наши архивы не меньше и там много описаний таких вот щенков, что устраивали такое, что богам стыдно становилось. Целые народы и империи с лица земли исчезали. Хотя бы про тех же Батори вспомни. Они ж не просто так кровососами стали, появился среди них вот такой чудной малец и целый клан в упырей обернулся. Да и опоздал ты. Раньше надо было, когда сопляк ещё ничего не соображал, а сейчас я ж говорю, он всю подноготную поднял. И вашу и братвы. Все счета, все транзакции. Думаешь, в банках ему так взяли и всё рассказали? Да там зачастую даже не знают кому счета принадлежат. Мои люди всю ночь работали и смогли подтвердить лишь процентов двадцать, но подтвердить железно. Ни одной ошибки! А теперь подумай, если он такое может, то что ещё способен накопать?