Поднявшись на ринг, выбрасываю мысли из головы. Стоило мне оказаться на нем, как зрители взорвались радостными криками. Машу им руками, вызывая новую волну криков. Раздражают, но нужно же отыгрывать роль до конца.

Из прохода напротив показался недавно виденный мужик. Его переодели, слегка побили. Потухший взгляд, опустившиеся плечи — он смирился со своей участью. Будет ли он вообще драться?

Оказавшись на ринге, он сразу же поднял руки, став в подобие защитной стойки, и прикрыл голову. Громкий гонг, зрители стихли. Ничего личного, мужик, я тоже хочу жить. К сожалению, убить сразу нельзя, нужно помучать, сделать все красочно.

Подскакиваю к нему и начинаю кружить вокруг, осыпая слабыми, но частыми ударами, а главное кровавыми. Удар в нос, и брызги крови летят в разные стороны. По губам, и вот у него уже все лицо залито кровью. Наношу максимально эффектные, но в целом безобидные удары. Мужик уже даже не сопротивляется, только, как робот, пытается постоянно закрыться руками.

А если его не убивать? Можно вырубить так, что всем наблюдающим за боем покажется, что он мертв. Но тогда мне придется сразу же пытаться сбежать отсюда, иначе скоро обнаружат, что он жив, и тогда все будет плохо для меня. Не слишком ли рано? А чего тянуть дальше? Состояние у меня уже нормальное, даже можно сказать, что хорошее. Единственное что — это Арти не реагирует, что значительно усложняет все.

Решено, сегодня. Если принять, что разговор между доктором и Юханом был про меня, то «потом» может и не наступить. Сегодня же в целом удачный день для попытки побега: из-за большого количества зрителей почти вся охрана сосредоточена на них, и у меня будет больше времени, пока они очухаются и бросятся в погоню. Придя к решению, резко налетаю на мужика и осыпаю его ударами, подводя к нужному состоянию, а в конце бью в шею по сонной артерии, вырубая его.

— Я сделал все что мог, дальше все зависит от того, как тебе повезет, — тихо шепчу себе под нос.

Вскидываю руки и принимаю овации зрителей. Те же реагируют ожидаемо: крики, визги. Сейчас точно двадцать первый век? Покидаю ринг. Остается сделать еще только одно перед побегом — вывести из строя Юхана.

— О, герой. Ты прекрасно справился, — встретил тот меня на выходе с ринга, подтвердив этим мои подозрения, что разговор все же был про меня. Лично Юхан ни разу не встречал меня после боев за все время здесь. — Нам нужно поговорить.

Молча киваю ему и останавливаюсь.

— Не здесь, пошли.

Двигаюсь следом за ним, пропуская парочку охранников на ринг за телом мужика. Если не ошибся, то у того сейчас будет редкий-редкий пульс и заметить, что он жив, не должны. Юхан повел меня куда-то в незнакомое место. Поворот перед лазаретом, подъем наверх, мы оказались в доме. Еще один подъем по лестнице, и Юхан завел меня в кабинет, ничем другим это помещение быть не может. Сам он сел за стол, а мне кивнул на стул перед ним.