Завершив отчет, он бросил взгляд на фотографию в измененном досье Лорэнса. Решив утолить свой интерес, он послал запрос на поиск человека по этой фотографии — ведь это единственная зацепка, которая теоретически может вывести на настоящую личность того, кто скрывался под этим именем, даже если это не Призрак.
Глава 11
Кто я? Где я? Пытаюсь пошевелиться, но нахожусь словно в каком-то желе или воде. Желе? Что это такое? Вода? Помню? В голове вспыхивают мысли, но тут же бесследно исчезают, не давая ухватиться за них. Пробую открыть глаза. Вроде бы открыл, но вокруг темно, и в придачу что-то начало давить на них. Закрываю, так легче. Пытаюсь вдохнуть, но ничего не получается. Все вокруг как-то давит. Неудобно, некомфортно.
В голове вспышками проскакивают какие-то воспоминания, однако почти сразу же исчезают.
Критическое состояние организма носителя!
Угроза жизни носителя!
Критическая нехватка энергии!
Применение директивы о сохранении жизни носителя любой ценой.
Введение режима максимальной экономии энергии.
Отключение модулей…
Что это такое? Испуганно смотрю на строки перед глазами, появившиеся непонятно откуда и почти сразу же начавшие пропадать, словно оборвавшись. Пытаюсь закричать. В широко раскрытый рот моментально хлынула вода, заполняя его. Начинаю махать руками. Все вокруг сопротивляется моим движениям. Успеваю лишь несколько раз дернуться, как сознание гаснет.
Прихожу в себя в совершенной темноте. «Где я…» — вспыхнула мысль и сразу же пропала. На этот раз память уже при мне, что, без сомнений, радует. Отчетливо помню свое прошлое пробуждение и то, как успел нахлебаться воды до того, как Арти отключила меня.
Воды… похоже, дело дрянь. Пробую открыть глаза или хоть как-то почувствовать тело, но ничего не получается. Видимо, меня снова отключили от организма, чтобы не мешал.
— Арти? — зову ту, максимально сосредоточившись, чтобы отправить мысль именно ей.
В ответ же ничего, тишина. Повторяю попытку еще несколько раз, но результат точно такой же, как и раньше. Так, спокойно. Я, наверно, все еще жив, раз нахожусь в этом состоянии. По идее, для этого должен хотя бы мой мозг быть живым.
Самолет, взрыв, падение — все это прекрасно помню, а вот что было потом, как-то не очень. Прошлый приход в сознание фрагментарно остался в памяти. Напрягаюсь и стараюсь вспомнить, что писала нейросеть. Угроза жизни, критическое состояние… строку за строкой воспроизвожу в памяти. Дохожу до отключения модулей, а вот дальше ничего нет, она не успела больше ничего вывести.
Что за такая директива о сохранении жизни носителя любой ценой? Звучит весьма настораживающе. А вот что за ней скрывается — это очень хороший вопрос. Пробыв в сознании сколько-то времени, повторяю попытку дозваться нейросеть, но ответа все равно нет. И это начинает пугать.