— А наших просто расстреляли вместе с родителями, — нахмурился премьер-министр. — Сколько евреев погибло в Холокост на территории Белорусии?

— По приблизительным оценкам — не менее 800 тысяч. Теперь подумай, Беньямин. Если получится спасти хотя бы тысячу… Пусть даже сотню. Тебе поставят памятник при жизни! Наша партия станет монобольшинством в парламенте, а ты — пожизненным премьером-министром.

Премьер задумался.

— А белорусы нас допустят до своей машины времени? — спросил спустя минуту. — Их президент не слишком с нами дружит.

— Скорее это мы испортили отношения с Белоруссией, — сказал министр. — Вернее, охладили их, когда Россия начала войну на Украине, а Белоруссия — ее союзник. Все можно изменить. Их президент — прагматик, и я считаю — мы договоримся. Но нужно что-то предложить взамен.

— Что, например?

— У них избыток электрогенерации. Есть атомная станция, которую построила Россия, ряд ТЭЦ на газе. В Белоруссии рассчитывали экспортировать излишки вырабатываемой электроэнергии, но их соседи отказались из-за политики санкций от ЕЭС. Предложим им построить дата-центр, сейчас такое в тренде.

— Недешево.

— На это деньги мы найдем. Когда мы скажем спонсорам, на что они понадобятся… Сам понимаешь, Беньямин.

— Понимаю, — кивнул премьер-министр. — Что нужно от меня?

— Добро на установление соответствующих контактов с руководством Белоруссии. Подключение МИДа. Возможно, их президент захочет встретиться с тобой и обсудить детали.

— Разрешаю. Действуй, Арон!

Когда министр ушел, премьер еще какое-то время пребывал в задумчивости. То, что рассказал ему однопартиец, выглядело как фантастический фильм от Голливуда, но он прекрасно знал, что друг врать ему не будет, не тот он человек. Прежде, чем прийти к премьер-министру, проверил факты досконально. Да, невероятно, что в Белоруссии, а не в Израиле, ученые смогли создать машину времени, но тут могла помочь Россия. У них там много унаследованного от СССР, что-то завалялось. Сейчас достали из архивов, как разработки невероятного оружия, которого нет даже в США. Вполне возможно…

Премьер связался со своим секретарем и попросил его назначить встречу с министром иностранных дел. Того ждет самое необычное поручение в истории израильской дипломатии последних лет.

* * *

Андрей обожал улочку и дворик своего дома, усыпанные осенними листьями, настолько, что даже сметал их с неохотой. И, прибирая, вспоминал о возвращении домой. В тот день, лишь только отворил калитку, Карл бросился вперед, обнюхал… И с радостным визгом подпрыгнул, норовя лизнуть в лицо. Узнал хозяина. Здоровый! С визита Зины прибавил, наверно, пару, если не тройку килограммов, быстро превращаясь из щенка во вполне зрелого кобеля. Но оставался любопытным, игривым, непоседливым, дурашливым. Когда пройдет общий курс послушки и начнет специальный, с «кусачками», характер поменяется, став более жестким. Зато Карл превратится в боевого пса, которого возможно брать в походы, как завещал когда-то Колунов.