Мама, в отличие от отца-инженера, к железякам относилась, скажем мягко, без восторга. Она, учительница русского языка и литературы, пыталась воспитать уважение к книгам — не без успеха. Всегда находила цитаты из классиков на все случаи жизни, повторяла: читай книги, в них найдёшь любые ответы. Однажды обомлела, когда Андрей отбил выпад её же оружием, прочитав стихотворные строки современной российской поэтессы Маи Котовской, начинающиеся со слов «Нас книги обманут…».
Эх, папа и мама, будь вы живы, никогда бы больше не задирался, не пытался глупо спорить! Андрей кусал локти, но поздно. В чём-то они остались с ним навсегда, пусть из лучшего мира видят: он и филологом стал, и технику знает, и одновременно не превратился в диванного воина и заучку, отслужив положенное в спецвойсках, откуда вернулся старшим сержантом. Такого, даже на корректорской работе, никто в здравом уме не обзовёт ботаником.
Воспоминания… Андрей выключил компьютер, помылся в душе, надел футболку и спортивные штаны, после чего сел на диван и взял со столика пульт телевизора. Запустив Ютуб, некоторое время просматривал на большой панели, висевшей на стене, ролики о мотоциклах Вермахта и «кюбельвагене», пока не надоело. Затем выключил телевизор, почистил зубы в ванной, а из нее направил стопы в спальню. Сняв покрывало с большой кровати, он разделся и залез под одеяло, через минуту крепко спал.
[1] Корешок — это то, что мы называем пачкой денег. На самом деле пачка — 10 корешков, 1000 банкнот.
Глава 2
2.
Проснулся Андрей рано. Вскочив с постели, прошлепал в ванную, где избавился от лишнего в организме, после чего умылся и почистил зубы. Натянув на тело спортивные штаны с футболкой и обувшись в кеды, он выскочил во двор, где для начала скоренько размялся, как научили в армии, а затем перешел на перекладину и брусья. Площадку для воркаута сделал сам, сварив снаряды из железных труб. Их прежде не было, как и террасы, мощеного двора, забора из металлопрофиля и крыши из металлочерепицы. Все это Андрей смастерил лично — с помощниками, разумеется, когда они потребовались, но большей частью обходился без посторонних. Вырученных денег от продажи квартиры в Минске не хватало на хороший дом после ремонта в Ратомке, поэтому Андрей и выбрал этот — старый, небольшой, но крепкий. Дом продали наследники пенсионеров, ремонта он не видел лет, наверное, сорок и выглядел заброшенным. Из-за чего не стоил слишком дорого. На сэкономленные при покупке деньги Андрей приобретал материалы, нанимал помощников, приводя свой особняк в пригодное для жизни состояние. Благо, что умел он многое — научился, работая в бригаде, делавшей ремонты в Минске. На это все ушло два полных года. Как водится, денег не хватило, пришлось идти в банк за кредитом — на строительные материалы для ремонта единственного жилья их давали без больших проблем под божеский процент. А с кредитом Андрей досрочно рассчитался, когда обрел источник верного дохода. Рискованного, но вдохновляющего. Мотоцикл, который он продал московскому миллионеру, был у него не первым. Предыдущий, без коляски, купили за три миллиона. Хватило c банком рассчитаться, приобрести «тойоту», пускай не новую, но бодрую, несмотря на возраст. И кое-что еще.