— Что за бред? — встрял Бернли.

— У меня три минуты, — посмотрел я на него. — Я бы хотел использовать их так, как хочу.

— Тогда тебя ждет разочарование, парень, — ничуть не смутился он. — Ты...

— Джек, — перебил его принц. — Я обещал три минуты.

— Ваше высочество!.. — барон набрал полную грудь воздуха для новой речи, но Виндзор твердо выдержал его взгляд. И в итоге Бернли только выдохнул.

Принц же снова посмотрел на меня.

— Повторить вопрос? — уточнил я.

— Я... да, повтори.

— Тот артефакт, который я тебе отдал, имел сложную форму или простую?

Так как слышал вопрос во второй раз, он удивился уже меньше. Но ответил все равно не сразу.

— Сложную, — сказал он в итоге.

— Он скорее состоял из нескольких частей или был простым целым? — продолжил.

— Он... состоял из нескольких частей, — с небольшой долей сомнения ответил Виндзор.

Я кивнул, будто именно этого и ждал.

— Его скорее можно было назвать сыпучим или тягучим?

— Сыпучим...

— Его части при пересыпании в большей степени втирались в кожу, либо же растворялись в воздухе?

— Я... я не совсем понимаю...

Постепенно удивление принца перешло в растерянность. И он даже посмотрел на своего наставника с сомнением.

— Ответь на вопрос, пожалуйста.

— Ну он, наверное, частично растворялся... а частично втирался...

— Ну а больше что? Все-таки.

Виндзор поморщился, будто само обдумывание вызывало у него боль, но все же выдал:

— Растворялся.

— А в левую сторону или в правую?

— Что?

— Растворялся в левую сторону или в правую?

— Но... Я не понимаю, зачем это! — во взгляде принца мелькнуло раздражение. — Разве это имеет значение?!

— Мы уже почти закончили, — успокаивающе улыбнулся я. — В какую сторону он растворялся? В левую или правую?

— Да в левую! — выдал он резко. — Как будто в этом есть что-то такое!

— Нет, это совершенно естественно, — кивнул я. — Тогда подытожим. Артефакт, который я тебе дал, имел сложную форму, состоял из нескольких частей, был сыпучим, а при пересыпании растворялся в воздухе, смещаясь при этом в левую сторону. Все верно?

— Да. Все верно! Ты мне его дал!

Я согласно склонил голову. А потом попросил:

— Покажи, пожалуйста, каким движением я его тебе дал?

— В смысле... ну ты пересыпал...

Он резко замолчал.

— Какого черта... — нахмурился Бернли.

— Что это значит? — переведя взгляд с Виндзора на меня, спросил Василий Морозов.

— Навеянные воспоминания, — ответил я просто. Виндзор в этот момент изо всех сил морщился, явно пытаясь что-то сложить у себя в голове. — Видимо, у злоумышленника не было возможности или времени разыграть реальную ситуацию, которую его высочество мог бы запомнить. Так что его воспоминания изменили так, чтобы он сам подобрал ответ.