Во время моего ответа, он снова начал поглядывать по сторонам, явно оценивая реакцию остальных. И, видимо, она ему не понравилась. Он дернулся на меня...

— Ах ты!..

— Что здесь происходит, Мишуков?! — раздался гневный голос.

Скосив взгляд, я заметил спешащего к нам рослого мужчину в гвардейском мундире. Ощущался он как четвертый ранг — кажется, с Мишуковым они были примерно равны по силе.

— Григорьев, — бросил ему раздраженно «любитель дуэлей». Потом глянул на меня...

И, судя по всему, ощутил себя в меньшинстве.

— Это не конец, — сказал он зло.

— Разумеется, нет, — ответил я. — У нас же еще дуэль.

На это он только скривился, снова попытался убить меня взглядом — не вышло — а после резко развернулся и двинул прочь из зала. Двое его товарищей рванули за ним.

— Оля, прости, не думал, что это мерзавец посмеет устроить сцену у всех на виду!

Развернувшись, я заметил, что «Григорьев» успел подойти к Оливии и взять ее за руку.

— Все в порядке, Слава, — если внутренне блондинка и нервничала, то с виду оставалась сама невозмутимость. — Ничего бы он не сделал.

— Все равно, я должен был быть рядом, — возразил он непреклонно. И повернулся ко мне. Пару секунд мерил взглядом, потом сказал. — Благодарю.

В ответ уже я оглядел его... стоявшую рядом с ним Оливию...

— Алекс Фэнс, — протянул я ему руку.

— Вячеслав Григорьев, — ответил он на рукопожатие.

Возникла небольшая пауза. По напряжению, которое было во взгляде русского, я понял, что либо Оливия ему обо мне рассказывала, либо он сам сейчас что-то понял.

— Жених, значит, — хмыкнул я, глянув на блондинку. — А ведь говорила, что не собираешься замуж.

— А Слава — это не «кто-то», — ответила она невозмутимо.

Я хмыкнул, признавая ее ответ.

— Поздравляю, — сказал я уже серьезно. И, чуть помедлив, добавил, вложив в слова немногосилы . —Удачи вашей семье .

Для Мастера Перемен не было проблемой определить пару людей, которые хорошо друг к другу подходили. Так что я даже сил особо не потратил навмешательство .

Более того, едва сказав фразу, яощутил , как частьплаты спала с меня. Когда-то я обещал Оливии вступиться за нее, если у нее возникнут какие-то проблемы, и, разумеется, от этих слов я не отказывался. Но теперь эта ответственность трансформировалась в ту, которая не будет на меня давить.

Они явно что-то почувствовали после моих слов. Оба задышали глубже...

— Мишуков, — проговорил Вячеслав резко. — Он тот еще... гранд. От него могут быть проблемы...

— Спасибо за предупреждение, — улыбнулся я в ответ. — Для меня куда важнее, чтобы у него были десять миллионов.