Если на последующие дни еще можно было купить билет — цены начинались от пяти тысяч колоннисов за пару часов — то на открытие попадали исключительно по приглашению. Количествоземлевладельцев (5) иправителей (6) на единицу площади зашкаливало. То же можно касалось и высокоранговыхвлияющих . Та жеГильдия Артефакторов (7) , подозреваю, тут едва ли не в полном составе на трибуне сидела.

И то, что возраст участников самого конкурса был ограничен всего двадцатью четырьмя годами никого вообще не смущало. Каждый участник представлял какую-то школу, какое-то отдельное направление вовлиянии . И высокое место означало не только успех самого участника, но и успех его учителей. Идеальная возможность для грандов попонтоваться, не рискуя при этом раскрыть каких-то настоящих секретов.

Все это конечно повышало шанс, что в нас с Софи узнают Фэнсов… Но сейчас это уже не был настолько важно. Продержится это в тайне какое-то время — хорошо, не продержится — буду уже решать. Кое-какую силу я набрал, минимальными связями обзавелся, так что — пусть.

Началось открытие с представления членов жюри. Принадлежала Академия УправленияРусской Империи (8) , так что и среди этой десятки большинство было русскими. Одного — точнее одну — мы даже знали. Это была Екатерина Георгиева — из комиссии с нашего отборочного этапа.

Еще, конечно, запомнился директор Академии — он возглавлял жюри — граф Дмитрий Чернышев. Выглядел он простовато: невысокий, с залысинами, да и с лицевыми мышцами что-то — одна половина лица будто не поспевала за второй… Компенсировал все взгляд. Казалось, подойдешь ближе — просто насквозь прожжет. Ну и, плюс ко всему, ощущал я его как пика пятого ранга. То есть, примерно уровня Жозефины Птицкер. С учетом того, что стихийника с системником сложно было объективно сравнить.

Если Чернышев был председателем жюри, то главным… не знаю, голосом что ли?.. был Игорь Селезнев. Он объявлял имена коллег, улыбался, шутил — мне и самому было приятно за ним наблюдать, как за любым мастером своего дела. Я бы заподозрил в нем приглашенного шоумена, если бы не ощутил в нем… еще одного пятого ранга. Значительно слабее Чернышева… вот только Селезневу на вид и тридцати было не дать.

Глядя на него я ощущал легкуювибрацию , но с чем она была связана, мог только гадать. Чем большее влияние мог оказать на мир человек, тем неохотнее Книга позволяла заглядывать на егостраницы . Такой был закон.

— Ты его знаешь? — спросил я Софи негромко.

Обаяние ведущего на нее явно подействовало. Последние пару минут она смеялась и улыбалась вместе с остальными зрителями.