Правда, все еще не было понятно, откуда ждать удара. Несколько дней назад я даже особняки Томпсона, Эванса и Чемберса кругом обошел. Но Книга ничего особенного мне не подсказала. Лезть внутрь… не стал.

С кем-то из них по отдельности я наверняка бы справился, даже с учетом охраны и подчиненных грандов, а вот с тремя сразу… постоянно ожидая, что еще кто-нибудь объявится вродетемного или системников…

Нет, это был бы тот самый бессмысленный риск.

Сейчас нужно сосредоточиться на развитии… и на заработке денег. Срок за следующий месяц лечения Анастасии уже почти подошел.

***

— Быстрее.

Соаре ненавидел ждать.

— Это максимальная разрешенная скорость, господин Бессараб, — ответил сидевший за рулем монах.

Соаре поморщился. Его дико раздражала необходимость передвигаться поДоминиуму (7) не на привычном многократно улучшенном Коммоторе, а на этом выкидыше машины. «Домкар», конечно, тоже был системным, но ни в какое сравнение с Коммотором не шел.

— Клянусь Системой, если мы не будем на месте, хотя бы за полчаса до начала Синода…

— Мы успеем… брат.

Ах ты…

— Хорошо.

Соаре потребовалась вся его выдержка, чтобы сдержаться. Формально, с точки зрения Доминиума они и правда были равны. Даже несмотря на пятый ранг и социальный статусгосударя (6) Соаре. Пока он не вошел в состав Сынов, он всего лишь один из братьев…

— Благодарю, брат. Надеюсь, мы не опоздаем…

«…а тебя я обязательно запомню».

Соаре все-таки добрался до дворца Первого Сына более-менее вовремя. Колонны — каждая толщиной с дом — поддерживали здесь гигантский купол, закрывавший по меньшей мере полнеба. Тени-исполины рассекали заполненную тысячами системников площадь.

На сам Синод — встречу с Магнусом Филиусом — допускалось лишь Сыны. Всего девятнадцать человек на данный момент, но традиционно в день собрания ко дворцу Первого Сына прибывали все более-менее значительные иерархи Церкви Великой Матери. И считали, себя такими, разумеется, многие…

— Ничтожества, — процедил себе под нос Соаре, двигаясь сквозь толпу.

Туда, куда за ним могли последовать лишь единицы.

Прямо на белоснежных камнях, коими была выложена площадь, мерно сверкалиРанговые Линии . Стоило системнику пересечь первую —Линию третьего ранга — за спиной у него осталось девяносто процентов присутствующих.

Линия четвертого отсекла три четверти оставшихся.

Предпоследняя линия — пятого ранга — оставила Соаре практически в одиночестве. Здесь начиналась лестница из сотни ступенек. Забравшись по ней, Соаре подошел к стене Зала Синода, про который знал все, но внутри которого пока ни разу не был. Это и была его цель. Когда-то безумно далекая, но теперь — уже почти осязаемая.