— Добрый день, Нагата-сан. Куда поедем?

— К храму.

Я слабо себе представлял, как религиозное заведение может быть связано с содержанием под стражей, но уточнять не стал. В субботу обычных киотских пробок не было, так что мы довольно быстро добрались до южной части города, углубились в старинный частный сектор, где остановились у неприметного здания, которое ничем храм не напоминало.

Да, здание традиционное, но никаких украшений или символики. Скорее старый офис или даже большой частный дом. И тем не менее когда мы подъехали, к нам вышел очень серьезный молчаливый японец в черном кимоно.

Увидев, что я выхожу из машины, мрачный японец вопросительно взглянул на Нагату.

— Этот человек со мной, — пояснила она, — Он помогает мне вести расследование.

Японец на ее слова никак не отреагировал, лишь сделал приглашающий жест, давая понять, что мы оба можем войти. Правда, мы не пошли к главному входу. Проследовали за японцем к торцу здания, где он открыл для нас дверь своим ключом.

Войдя в здание храма, мы оказались на узкой, ведущей вниз лестнице, тёмной и мрачной, освещенной одной только допотопной лампочной. Спустились вниз и прошли по узкому затхлому коридору с несколькими решетчатыми дверями. За одной из этих дверей в тесной камере держали Маюми. Отодвинув засов, японец впустил нас в камеру.

Никаких нар здесь не было. Маюми сидела на почти истлевшей циновке прямо на полу.

— Здравствуй, Маюми, ты как? — сказала Нагата

— В порядке, — сдержанно ответила Маюми.

— Тебя кормят?

— На день дают миску «пустого» риса и два стакана воды, — Маюми усмехнулась, — Вполне достаточно, чтобы не умереть.

— Я тебе кое-что принесла, — Нагата передала Маюми пакет из ресторана, с которым сюда пришла.

— Спасибо, сестричка, боюсь, у меня это отберут.

— Не отберут. Я знаю служителя. Он мне немного обязан… тебе уже предъявили обвинение?

— Официально нет. Но я слышала разговор двух охранников. Оябуны не собираются спускать дело на тормозах. Екай убил оябунов. Екай должен поплатиться. Меня скорее всего сожгут живьём в назидание остальным.

— Держись, Маюми. Мы с Каратоси-сан узнали, что у Шода тоже есть екаи. Одного даже видели. Надеюсь, очень скоро мы предъявим оябунам настоящего убийцу.

— Спасибо тебе, лисичка-сестричка. Сколько уже раз ты меня выручала… опять вся надежда только на тебя… и на вас, Каратоси-сан. Если останусь в живых, считайте, я у вас долгу.

— Это лишнее, Маюми-сан, — сказал я, — Я всего лишь обмениваю свое магическое видение на чародейский танец Нагаты-сан.

— Ты продолжаешь танцевать для него? — Маюми заухмылялась, лукаво посмотрев на Нагату, — Признавайся, сколько раз ты для него уже станцевала?