Ужин начался чудесно. Мы заказали еду, пили легкое вино с Альфа Центавры и говорили о пустяках. Я искренне наслаждалась тем, как отец ухаживает за Эвелин: подливает ей вино, пододвигает тарелку, смущенно замолкает, когда их руки случайно соприкасаются. Я столько лет мечтала, чтобы этот гениальный, но бесконечно одинокий ученый, посвятивший жизнь неизвестному подкидышу-химере, наконец-то обрел свое собственное, простое человеческое счастье.
— Знаете, я давно хотела вам сказать, — я подняла бокал, глядя на них обоих. — Я очень за вас рада. Вы оба самые близкие люди в моей жизни. И видеть вас вместе... Это лучше, чем любая успешно завершенная миссия.
Эвелин смущенно опустила ресницы, а отец просиял, накрыв ее ладонь своей.
— Спасибо, Клео. Для нас это тоже очень много значит, — Артур откашлялся, пытаясь скрыть волнение, а затем внимательно, по-ученому цепко посмотрел на меня.
Его взгляд скользнул по моей прямой спине, по рукам, лежащим на столе. Улыбка на его лице стала чуть более задумчивой.
— Всё хорошо, пап? У меня тушь размазалась? — пошутила я. Макияж давно наносился за секунды и никогда не тёк.
— Нет... Просто... — он чуть нахмурился, поправляя очки. — Ты изменилась, Клео.
— Разумеется, Артур, она ведь только что с тяжелого задания, — попыталась перевести тему Эвелин, но отец покачал головой.
— Нет-нет, я говорю не об усталости. Я знаю физиологию своей дочери лучше, чем кто-либо в галактике. Клео... Твоя моторика. Ты сидишь, как натянутая струна. Раньше, возвращаясь на базу, ты расслаблялась. А сейчас...
Он подался вперед, понизив голос.
— Твои рефлексы обострены до предела. За те сорок минут, что мы здесь сидим, ты проследила взглядом за каждым официантом, оценила дистанцию до дверей и ни разу не оперлась на спинку кресла. И твой взгляд... В нем появилось что-то диковатое. Неукротимое. Как у снежного барса, которого зачем-то посадили в стеклянную клетку. Сиам так сильно на тебя повлиял?
Я замерла. Вилка в моей руке предательски дрогнула, пустив по фарфоровой тарелке едва слышный скрежет.
«Профессор Нова демонстрирует выдающиеся аналитические способности, — тут же вклинился Фаро в моей голове. — Ваш базовый уровень кортизола и адреналина сейчас на пятнадцать процентов выше обычной "мирной" нормы. Ваши зрачки расширяются при любом резком звуке. Вы находитесь в режиме боевой готовности».
«Спи, Фаро!» — мысленно огрызнулась я, а вслух постаралась выдать самую беспечную улыбку.
— Пап, ты преувеличиваешь. Просто отбор на Сиаме — это не курорт. Там приходилось постоянно ждать удара в спину. Адреналин еще не выветрился, вот и всё.