Поэтому я не стал ничего слушать и буквально поволок за собой суккуба, которая вновь вырядилась не слишком подобающим для приличной дамы образом. Нет, блуза и велосипедные штаны-блумеры нареканий не вызывали, но красная косынка и рыжая кожаная куртка смотрелись предельно провокационно.

— Да куда ты меня тащишь⁈ — возмутилась Елизавета-Мария уже в переулке. — Я оставила коляску на другой стороне площади!

— Не кричи! — потребовал я. — Меня один раз уже сегодня контузило!

— Оно и видно!

— Как ты меня нашла?

— Это было несложно. Мы ведь связаны с тобой, не забыл?

Я несколько раз глубоко вздохнул, отошел с тротуара, по которому то и дело пробегали перепуганные горожане, к стене дома и спросил:

— Что тебе надо?

— Лилиану увезли полицейские! — объявила Елизавета-Мария, и у меня сердце от ужаса остановилось.

Просто взяло и остановилось. Душу пронзил страх, звуки вновь смолкли, а мир посерел. На мгновение показалось, будто я умер, а возможно, я и в самом деле умер, но через растянувшийся на целую вечность миг сердце забилось снова, только уже четче, резче, злей.

Пульс болезненными ударами начал отдаваться в висках, за глазами растеклась невыносимая ломота. Я поднял взгляд на Елизавету-Марию, та невольно попятилась назад.

— Когда? — прохрипел я. — Когда это случилось?

— Около часа назад, — сообщила Елизавета-Мария. — Она только вернулась от родителей.

Дьявол!

Я со всей силы саданул себя кулаком по ладони.

Дьявол! Дьявол! Дьявол!

Ну что мне стоило позвонить и предупредить ее? Почему я даже не подумал об этом?

— Лео! — дернула меня за рукав суккуб. — Лео, успокойся!

Но я не мог успокоиться. Сейчас я мог думать лишь о Лилиане. Из Ньютон-Маркта мне ее не вытащить, но задержание наверняка устроил Бастиан Моран, он мог отвести ее куда угодно. Возможно, еще есть шанс…

— Лео! — рявкнула рассвирепевшая Елизавета-Мария. — Тебе передали записку!

— Что?

— Полицейские передали тебе записку! Вот, смотри!

Трясущимися руками я развернул помятый листок, на нем оказался записан телефонный номер. Телефонный номер — и больше ничего.

Я огляделся по сторонам и в битком набитую аптеку не стал даже заходить, а вместо этого забежал в небольшой отель, где сослался на полицейскую необходимость и потребовал у портье телефон.

Дальше ссылаться на полицейскую необходимость пришлось еще не раз и не два — все линии оказались перегружены срочными звонками, и неизвестно, когда дошла бы очередь до меня, если б на листке не оказался записан один из номеров Ньютон-Маркта.

Трубку поднял Бастиан Моран.

— Говорите! — рявкнул он, не утруждая себя правилами приличия.