После этого Тито вернулся в коридор и не без труда, но все же втолкнул каталку в кабинет.

— Что теперь? — спросил он у дяди, который перерывал картотеку профессора.

— Карауль, — распорядился Рамон.

Вскоре крепыш отыскал мою больничную карту и, выложив на стол стопку каких-то бланков, принялся уверенными взмахами перьевой ручки выводить на черновике подпись заведующего отделением.

Я не утерпел и перегнулся с каталки к Берлигеру. У того задергался левый глаз.

— Знаете, чего я хочу, профессор? — спросил я тогда. — Я хочу вас убить. Но это было бы неправильно. Вы сейчас мне ничем не угрожаете…

— Лео! — одернул меня Рамон.

— Мы просто разговариваем! — отмахнулся я от бывшего напарника и вновь обратился к профессору: — И месть как мотив тоже не вполне годится. Вы ведь вылечили меня. Пусть нисколько этого не хотели, но электротерапия помогла справиться с параличом. Я ценю это. Поэтому не убью вас… сразу. Но однажды, когда вы будете возиться со своими приборами, я подойду сзади и воткну вам один провод в левое ухо, а другой — в правое. Не беспокойтесь, вы не умрете мгновенно. Я не поленюсь выяснить, какое напряжение способно поджарить мозг в… щадящем режиме. О, это будет чудесный эксперимент!

Тито хохотнул, и его дядя нервно вскинулся от стола.

— Тише вы!

— Профессор, запомните этот разговор. Когда-нибудь вы обернетесь, а…

— Да заткнись ты! — взбеленился Рамон. — Заткнись и не шуми!

Я замолчал, но не отказал себе в удовольствии воспроизвести характерный жест, проведя пальцем по горлу. Лицо профессора приняло оттенок свежевыпавшего снега, только еще слегка зеленоватый. Он мне поверил, и от легонького отголоска чужого страха на миг стало легче на душе, словно вновь пробудился мой талант сиятельного.

Но нет — не пробудился.

Дьявол! Да кто я теперь такой⁈

— Уходим! — скомандовал Рамон, поднимаясь из-за стола. С собой он забрал мою медицинскую карту и собственноручно заполненный бланк о выписке пациента в связи со смертью от естественных причин.

Тито вновь укрыл меня простыней и выкатил в коридор, а Рамон Миро запер кабинет профессора и, обломив ключ в замке, с деловитым видом последовал за нами.

Никто из санитаров и уборщиков неладного не заподозрил. Глазеть — глазели, но с расспросами не приставали и тем более не пытались остановить. Старший охранник проявил едва ли больший интерес к покойнику и просмотрел протянутые Рамоном бумаги без всякой охоты.

— А где доктор Эргант? — только и спросил он, не определив в подписи заведующего отделением фальшивки.

— На утреннем обходе, — не растерялся Миро.