Я демонстративно поднял руку, а потом погрузил указательный палец в столешницу. Не знаю, что творилось у неё в голове, но увидев, что я действительно спокойно проникаю сквозь твёрдые предметы, она облегчённо выдохнула.

Только я не закончил. Приложив тот же палец к губам и изобразил тихое шипение и покачал головой. Умут кивнула.

— Билги? — Заговорщицким шёпотом спросила она.

Я снова покачал головой с серьёзным видом. Девочка снова кивнула. Хотя была немного расстроена. Я указал на еду.

— Ешь. Вкусно.

Потрепал её по лохматой голове и пошёл наверх.

— Билги, всё было очень вкусно. Спасибо. — Поблагодарил я турчанку. — Там Умут проснулась. Ты хоть выяснила, кто она такая?

— Обыкновенная беднячка. Родители её продали во дворец. Пока маленькая помогала смотрителю. Ну а когда бы подросла… — Она не стала дальше пояснять.

— Понаблюдай за ней. Девчушка вроде сообразительная. — Попросил я.

— Что вы хотите с ней делать дальше?

— Пока жене отдам в помощницы. Она у меня знает турецкий, так что проблем с общением у них не возникнет. А дальше посмотрим. Не выкидывать же её на улицу. Вдруг она послана мне свыше, как говорит твой отец. — Улыбнулся я. На сытый желудок мир стал ещё краше.

* * *

Многие брокеры имели в здании биржи свои помещения для сна и отдыха. Они не всегда возвращались вечером домой. Биржа была для них всем. Фарук всю ночь провёл как на иголках. Ставки на этот раз были очень высоки. Он вложил них всё своё состояние, оставив лишь немного денег на счету дочери. Раньше он так никогда не рисковал. Но интуиция ему подсказывала, что больше играть на бирже он не будет. Этот раз действительно последний.

За Билги Фарук тоже переживал. Но больше умом, чем сердцем, так как понимал, что случайности бывают разные и не всегда они счастливые. Сердце, наоборот, чувствовало, что всё кончится хорошо. С рассветом на биржу прибыли первые посыльные с новостями. До открытия торгов оставалось три часа, но среди брокеров уже начала разгораться паника.

Стены биржи такое видели не раз. Паника могла возникнуть по любому поводу. Но смерть султана — событие исключительное. В такие периоды начинается глобальный передел собственности.

Расспрашивая коллег, Фарук выяснил почти все известные на этот час подробности. Особенно всех шокировало известие о пропаже из дворца редчайшего защитного артефакта. Поговаривали о вводе войск в столицу. Причём тремя разными фракциями. У каждой был свой претендент на место султана.

Так происходило всегда, если султан не уступал добровольно трон наследнику при жизни. В Турции давно не соблюдалось право наследования, передаваемое в роду. На страну надвигалась новая смута.