— Ничего не вижу. — Прошептал Степан, стоило нам свернуть в узенький коридор между клетушками.

— Здесь нечего рассматривать. — Так же шёпотом ответил я.

Нужная клетушка нашлась быстро. Из неё доносились сдавленные ругательства на французском языке. Внутри француз тщетно пытался встать и при этом натыкался ранеными руками на всё подряд.

— Ты бы потише себя вёл. Что за стремление умереть? Не помню такого у французов. Вы обычно сдаётесь и не паритесь. — Сказал я.

— Помоги мне встать, или я начну орать. — Пригрозил француз.

— Шантаж? Ты так в себе уверен? Тогда ори, а сразу после взрыва я сломаю тебе челюсть в трёх местах.

— Какого взрыва? — Француз сделал вид, что не понял меня.

— Иван, возьми с него клятву. — Неожиданно посоветовал Степан.

— Думаешь, сработает?

— А почему нет? Люди здесь обычные. Магия работает. Хуже точно не будет.

— Слышал, француз? Магическую клятву дашь?

— Запросто. — Ухмыльнулся он. — Тогда и ты мне руки вылечи.

— Не относись к клятве легкомысленно. — Степан прекрасно понял, что подумал пленник. — Ивану клятву и так нелегко давать, а если ты заранее нарушить её решил, может быть совсем худо.

— Диктуйте вашу клятву. Магическую. — Француза разбирал смех или приближалась истерика. Хотя сомневаюсь в последнем.

— Повторяй за мной: действием или бездействием я не причиню вред Ивану и Степану. Согласен оставаться пленником, и не пытаться бежать до тех пор, пока меня не отпустят. Буду всегда честно отвечать на вопросы Ивана и Степана. Клянусь.

— И всё? Может, где-то кровью расписаться надо? Так, ты свет включи. Я же не вижу ничего.

— И чё заюлил, как девочка? — Насмешливо произнёс Степан. — Боишься, так бойся молча. Челюсть целее будет.

— Хорошо, хорошо, только после принесения клятвы, Иван мне руки обещал вылечить. — Напомнил француз и размеренно продекларировал текст.

То ли преднамеренно, то ли случайно, но часть про честные ответы он не повторил. Всё равно откатом его скрутило так, что захотелось заткнуть нос или лишиться обоняния. Я и сам не благоухал, но смрад, повеявший от француза, превышал все пределы.

— Иван, выпускай меня отсюда. Я с этим засранцем в одной камере сидеть не согласен. — Сдавленно взмолился Степан.

— Потерпишь. Если придётся срочно сваливать, лучше, чтоб вы рядом находились, а не по разным углам.

В довершение француза ещё и вытошнило. Сознание он не потерял и сейчас отплёвывался с очумелым видом. Я достал лечебный конструкт и прижал его к запястью, которое сам недавно сломал. Переключившись на магическое зрение, проследил за лечением. Конструкт лечил не одно запястье, он дотянулся и до второй руки. Лечение проходило стремительно.