— Ой, да делай что хочешь, — отмахнулся Маркин и снова приступил к поглощению супа.

Я выбрался из лазарета и нос к носу столкнулся с Любой. Я посторонился, чтобы уступить ей дорогу, однако она тоже сместилась, притом в ту же сторону. Мы метнулись ещё пару раз, а затем замерли друг против друга.

— Кажется, нам нужно поговорить, — нарушил я неловкое молчание.

Люба отвела взгляд.

— Мне сейчас некогда. Простите, я должна осмотреть пациента.

Она лихо обогнула меня и скрылась в палате Маркина. Некоторое время я смотрел ей вслед и вдруг разозлился. Да какого хрена я веду себя как пацан⁈ Не хочет — пусть идёт в жопу со своими закидонами! Тоже мне… королева. Не больно-то и хотелось!

Я выскочил на улицу и быстрой походкой направился в храм, к отцу Владимиру. Внутри всё кипело, хотя, вроде бы, ничего страшного не случилось.

Да что со мной не так? Неужели я и в самом деле влюбился? Нет, я бы ещё понял, будь между нами хоть что-то кроме случайных встреч и разговоров ни о чём. Можно было бы списать всё на игру гормонов, некую эйфорию от близости, которая всегда присутствует в начале любых отношений. Так нет же, мы знакомы минимум полгода, а я каждый раз не могу… Да ничего не могу. Стою и хлопаю глазами, не в силах выдавить ни слова.

И вот сейчас, когда я наконец перешёл к решительным действиям, в ответ получил полный игнор. Ух, как же это злит! Всё, хватит с меня этого дерьма. И пусть идут в пешее эротическое все те, кто лез ко мне со своими нравоучениями. А Валерич возглавит это шествие, если ещё раз заикнётся про Любу.

— Здорова, — беспардонно поприветствовал я отца Владимира.

Он обернулся.

— И тебе не хворать. Случилось чего или ты так, за жизнь покалякать?

— А то вы не знаете… Мне нужно срочно поговорить с Исаем. Сам он на связь не выходит, так что без вашей помощи никак.

— Не выйдет ничего. — Священник покачал головой и как-то странно на меня посмотрел.

— Что так?

— Да ты злой как чёрт, прости господи. — Отец Владимир тут же осенил себя крестом. — В таком состоянии в резонанс не войти, и ты лучше меня это знаешь. Что там у тебя стряслось?

— Это к делу не относится, — поморщился я и уселся на скамью. — Ща я…

Я попытался успокоиться, но мысли всё равно каждый раз возвращались к раздражающему фактору. Мне удалось успокоить сердечный ритм, снизить гормональный фон, но на душевное состояние это никак не влияло. Физически я был абсолютно спокоен, но вот морально… И отец Владимир прав, в таком настроении не получится перенести сознание на другую сторону.

— Ладно. — Я поднялся со скамьи и под пристальным взглядом священника снова вышел на улицу.