– В этой стране хозяева слуг отправляют кого-то из своих вместе с кандидатами на герб. Насколько я знаю, в других странах, как минимум в части из них, само задание – лишь формальность. Все оговаривается заранее. У нас же не так. Задание действительно должно быть сложным, и член рода является гарантией этого. Вроде как если кто-то кого-то решил надуть, а потом это вскроется, позор падет на обе стороны, и аристо не смогут отговориться, что слуги их обманули, и просто выкинуть их из рода.

– Понятно, – произнес задумчиво Мартин.

– А это ничего, что ты отправишься с нами не один, а чуть ли не с третью всех наших сил?

– А я не собираюсь сразу принимать всех своих людей в род. Для начала лишь небольшую часть. Все остальные будут либо сотрудниками Шидотэмору, либо вольными стрелками.

– Но ведь это ты хозяин Шидотэмору, – заметил Август.

– Юридически я лишь владею частью акций, – пожал я плечами. – Да и не оговаривается этот момент в ритуале. Главное, чтобы моих сил было меньше, чем ваших. Чем меньше, тем лучше. Аматэру-сан в любом случае обо всем договорилась бы. К тому же, с учетом сложности нашей задачи, вряд ли кто-то будет против.

– А малайцы? – спросил Джернот. – Не будет ли нам сложнее, учитывая, что нападут на них уже не обычные простолюдины, а по факту – слуги аристократов?

– Герр Шмитт, – улыбнулся я ему, – просто поставьте себя на место малайского короля. К вам приходит кучка боевиков, будете вы поднимать кипеш на всю страну?

– Конечно… Стоп, – замолчал он.

– Кланы он трогать не будет, – произнес Клаус. – Англичан тем более. А остальное и так по плану.

– Чуть труднее будет, – заметил Мориц, – но в пределах запланированного.

– Кстати, – вспомнил я еще один момент, – род Аматэру выйдет из клана. Об этом, понятное дело, вы должны молчать.

– Но… – удивился Мартин. В общем-то удивились все, но голос подал именно он. – Но зачем? Это же… – растерялся он.

– Это ведь из-за тебя? – спросил Джернот.

– Да, – кивнул я. – Я еще не отказался от мысли организовать свой клан.

– Ты просто… – запнулся Август. – Просто безумец.

– Но безумец пробивной, – заметил Джернот. – Меньшего я от тебя и не ожидал.

– Что? – Кента буквально очумел от услышанной новости. – Ты совсем на старости лет рехнулась?

– Это надо было сделать давно, – пожала плечами Атарашики. – Клан годами притеснял мой род.

– Точно рехнулась… – покачал он головой. – Да мы с тебя пылинки сдували.

– Я не обвиняю тебя. Не в этом, – произнесла она спокойно. – Честно говоря, я и сама не верю, что ты действовал специально. Но год за годом, десятилетие за десятилетием клан отодвигал мой род все дальше и дальше.