— Топрый тень. — встретившая нас фрау Митте по-русски говорила куда хуже Томаса, но это относилось скорее к произношению, в остальном всё было понятно. — Топро пошалофать. Я есть фрау Митте. Посфольте покасать фам номер.

— День добрый. — Я, не жеманясь пожал руку ухоженной пожилой женщине, с безупречной причёской, и внимательным взглядом, пробирающим до костей. — Да, конечно. У вас красивый дом.

— Спасипо, — фрау Митте благосклонно приняла комплимент. — Прошу за мной.

Я подхватил чемодан, что Томас уже вынул из багажника, сумку и двинулся за хозяйкой. Дом оказался небольшим. На первом этаже кроме комнат фрау Митте находилась кухня и столовая, а жильцы обитали на втором. Мне досталась квадратная комната, с двуспальной кроватью, шкафом, столом, пузатым телевизором выпуска годов восьмидесятых, и балконом. С него открывался потрясающий вид на соседний дом, мало чем отличающийся от здания пансиона, и мусорные баки, пристроенные на улице. Надеюсь, доплачивать за это не придётся.

— Сафтрак в семь, в твенатсать обед, ушин в шесть пополутни. — для начала фрау Митте задержалась в столовой. — Если фы нье бутьете кушать скашите саранее.

— Мы чуть попозже обсудим график и сообщим, когда я буду занят, — требования меня не напрягали, действительно зачем переводить продукты. — Что-то ещё?

— Та, — женщина снова окинула меня подозрительным взглядом, словно подозревала во все грехах мира. — Опычно мы лошимся в фосемь фечер. Если фы затершаться, то претупретите меня. После это фремя нельзя шуметь. И если фы хотеть прикласить гостей, тоше претупретите меня саранее. Иначе сосети могут фысвать полиция.

— Обязательно! — я постарался чтобы голос звучал максимально искренне. — Поверьте, я буду тихим и спокойным жильцом.

Гостей у меня не предполагалось, но мало ли. В целом на предстоящем мероприятии было несколько человек с кем бы я хотел пообщаться, и по старой русской традиции общение могло затянуться. Не факт, что мы двинем сюда, но мало ли. Ссориться с хозяйкой я всё равно не собирался. Особенно учитывая, что она сто процентов стучит Штази. Томас тоже, иначе его бы не допустили до проведения международной конференции, но такой взгляд как у фрау Митте я частенько видел у действующих оперативников КГБ.

Старушка явно в своё время не бумажки перекладывала. Впрочем, меня это не тревожило. Скрывать я ничего не собирался, а присмотр воспринимал скорее положительно. Мало ли что может случиться, про наших заклятых капиталистических друзей забывать тоже не стоит. И пусть ведущих ко мне концов не осталось, как говориться бережёного Бог бережёт, а не бережёного конвой стережёт. Так что я мило улыбнулся товарищу офицеру контрразведки, и подхватив чемодан, отправился обживаться. Стоило подготовиться к завтрашнему дню. И пусть я особо не волновался, это международное мероприятие, где требовалось выглядеть на все сто, и рисковать я не собирался.