— Слишком давно, — буркает доктор Сонг. — Из-за них с преи я, такое ощущение, только нервы и лечу. Я терапевт широкого профиля, а не психиатр!
— Вы терапевт? — почему-то меня это удивляет.
— Это только в сериалах все врачи хирурги, — хмыкает доктор Сонг в ответ.
Я не успеваю удивиться, что у инопланетян, оказывается, тоже существуют сериалы: свет в отсеке тускнеет, остается гореть в лучшем случае одна световая панель из трех. И то оставшиеся мерцают тусклым розовым светом.
— Что за… — доктор Сонг хватается за свою трубку-ракетницу — очевидно, рефлекторно.
— Демьян, что происходит? — спрашиваю я.
В ответ молчание.
— Демьян! — все равно молчание.
Тут зажигается мой браслет-коммуникатор: вызов от Томирла.
— Капитан, — говорит мой главный инженер, — станция переведена в режим экономии электроэнергии.
— Что за… почему?! Неполадки на энергоустановке?
Неужели эти чокнутые тораи — или не менее чокнутые ацетики — все же по ней чем-то долбанули?
— Можно и так сказать, капитан. Ее нет.
— Как это — нет?!
— Она только что отстыковалась и улетела в открытый космос. Предупреждая ваш следующий вопрос: я понятия не имею, почему.
Неприкрытая паника в голосе Томирла могла бы меня навести на мысль, что за него тоже сейчас играет живой оператор, но такой уверенности у меня нет: в конце концов, искин отлично умеет отыгрывать эмоции.
Тут вообще искин очень прошаренный — вот только меня за что-то невзлюбил. А сейчас и вовсе игнорит.
И вот на этой мысли у меня и лопается терпение.
Деньги
Да какая уже разница!
Характеристики капитана
Пофиг.
Глава 26 (без правок)
Когда только учишься готовить, отрабатываешь нарезку на кабачках. Ну, по крайней мере, наш препод считал, что кабачки — идеальный материал. Они не такие твердые, как огурцы, поэтому нет риска, что ученик рубанет слишком сильно и отчекрыжит себе пальцы.
Так вот, начинаешь обычно с кабачков. Куски получаются кривые и косые, но постепенно приноравливаешься. Сначала тебя сбивает любой шум, под конец ты прокачиваешься достаточно, чтобы рубать любые овощи на кухне типичного ресторана, которая даст сто очков форы дантевскому аду.
Можно выучиться резать даже вслепую, есть такие умельцы. Можно при этом еще и орудовать двумя ножами одновременно. Можно, наверное, практиковать свое поварское искусство даже в горящем здании, когда пламя перекидывается на твою одежду и начинает обжигать кожу. Но если тебе в процессе бензопилой отпилят руку, думаю, даже самый прокаченный мастер нарезку прервет.
Так и я с этой чертовой станцией.
Ощущения куда хуже, чем когда я закончил играть в шлеме. Тогда на меня просто свалились скопом все неприятности, которых можно и нельзя было ожидать. Здесь же у неприятностей отчетливо сюрреалистический подтекст.