— Кто это? — удивленно шепнула я Жерену, и он так же тихо ответил:
— Это Глас Ночного города...
И я четко уловила досаду в его голосе.
— Что ему надо? — спросила я, чувствуя, как тревога, подстегнутая словами Жерена поднимается откуда-то из солнечного сплетения. Но мой приятель не ответил. Не успел. Вместо него заговорил сам Глас.
— Я, Глас ночного города, требую у тебя, ночная королева, доказательств, что ты одна из нас! Ибо только настоящий житель ночного города, который чтит его законы больше, чем законы дневного мира, может стать его королем. Или королевой, — добавил он с усмешкой и оперся на клюку, давая понять, что готов ждать моего ответа.
— Я одна из вас, — отозвалась я. Я не понимала, что нужно этому типу, но по тому, как довольно заулыбался Аруг и поджал губы Дишлан, поняла, что этот старик не на моей стороне. — Я держала притон, я занималась контрабандой, я уже была ночной королевой и судила по законам ночного города, если уж на то пошло!
— Этого мало, — покачал головой старец, — притон ты держала, будучи под покровительством Гирема, контрабанда тоже была под его контролем, да и судила ты его именем. А вот на что способна ты сама, мы не знаем. Верно?! — обратился он ко всем, кто был на площади.
И к моему ужасу толпа была с ним согласна. То тут то там раздавались крики:
— Верно говорит!
— Докажи!
— Без Гирема Елька просто девка!
— Пусть эта светлость валит в свой Высокий город!
Даже те, кто несколько минут назад радостно хлопали в ладоши подтверждая мое право на ночной титул, точно так же радостно были готовы прогнать меня прочь.
— Но как я еще могу доказать, что достойна?! — воскликнула я, — если вы все готовы перевернуть и переиначить! Гирем помогал мне, но все же мой успех больше моя заслуга, а не его! И герцогиней я стала без него!
Но старец не слушал мои доводы. Он широко улыбнулся и заявил:
— Сразись с ним, — кивнул он в сторону довольного Аруга, которого Дишлан уже выпустил из рук. — Один на один. На смерть. Кто победит, тот и будет править. Так завещали наши предки.
— Я согласен! — заорал радостно Аруг, хотя только что еле дышал, после удушающей хватки Дишлана.
— Что?! — ахнула я, невольно отступая на шаг назад. И еле сдержалась, чтобы истерично не завопить. Сразись? Сразись?! Один на один?!
Толпа возликовала, поддерживая предложение старика. Они орали, как сумасшедшие. Радовались. Как будто бы не понимали, что прямо сейчас меня убьют.
Спине стало холодно. Ледяная волна пронеслась по телу промораживая меня насквозь. Это был даже не страх, не ужас или паника. Это было что-то гораздо большее — дыхание безнадежности. Я даже не говорю о том, что не умею драться. Я попросту не смогу поднять руку на человека. Да, я однажды убила троих насильников, напавших на бедную Катрилу, но, во-первых, это была не совсем я. А, во-вторых,что-то мне подсказывало, что этого совсем недостаточно, чтобы у меня появился хотя бы малейший шанс выжить.