Глава 17
Пришла я в себя уже в постели. За окном было совсем темно, на прикроватном столике горела толстая часовая свеча, освещая круг, в котором почти вплотную придвинутые к моей кровати, стояли два кресла. В одном дремал Адрей, а в другом сам Третий советник.
Я не хотела их будить, мне нужно было время, чтобы обдумать ответы, на вопросы, которые они, без всякого сомнения, мне зададут. Вечером я действовала почти инстинктивно. Тем более, я совсем не рассчитывала, что способ призыва Богини, о котором я прочла в дневнике свекрови, сработает именно таким образом. Герцогиня Бокрей писала, что этот прием правительницы Ургорода используют, чтобы ощутить Ее поддержку в трудную минуту. Присутствие рядом Великой Матери помогает им выглядеть более уверенными, более величественными и подавлять своей силой даже королей...
Но Третий советник уже открыл глаза. Внимательно взглянул на меня и спросил:
— И когда вы собирались рассказать мне об этом?
— О чем?! — сделала я вид, что ничего не понимаю.
— Не надо со мной играть, Абрита, — в голое моего свекра слышалось раздражение. — Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю.
Я вздохнула... Надо было что-то отвечать. И очень быстро. Чем дольше я буду тянуть с ответом, тем больше вероятность, что Третий советник мне не поверит. И я решила говорить правду... И только правду.
— Я сама не знала, что могу так. Для меня это тоже был сюрприз, — не соврала я. Но о том, что со мной такое уже случалось, и что способ призыва я почерпнула из дневника его жены, я признаваться не собиралась. — А что, собственно было?
— Что было?! — вскинул брови Третий советник и рассмеялся. — Была Древняя магия, моя дорогая невестка. И мне очень интересно, откуда у вас такие способности.
— Древняя магия? — нахмурилась я. А ведь правда, в голове сразу всплыл тот самый подслушанный разговор, о котором я вспоминала совсем недавно. Третий советник тогда говорил Адрею про Древнюю магию. Значит он давно ею интересуется и, я готова была поручиться чем угодно, собрал огромное количество знаний по этому вопросу. Иначе Третий советник не был бы собой. И про Древнюю магию он сейчас знает гораздо больше, чем все остальные.
— Вы, правда, ничего не знаете? — недоверчиво спросил он. Я кивнула. — Это объясняет, почему Ромина мне ничего не рассказывала, — произнес он задумчиво. — Она не стала бы скрывать от меня такое.
— Может быть вы расскажете мне что, собственно, случилось? — Попросила я жалобно. -Я помню только, как на меня что-то навалилось... Как будто бы тяжелое пуховое одеяло. А потом герцог Шарий почему-то назвал меня мамой. И я упала...