— Не смейте говорить так о королеве! — зашипела сквозь сжатые зубы. Я сжала кулаки, чтобы не кинуться на герцога и так сильно прикусила губу, что кровь хлынула мне на язык.
В ответ герцог громко расхохотался. Я медленно расцепила зубы, с трудом сдерживая гнев, готовый вырваться на волю.
— А вы не боитесь, что я могу убить вас? — прошептала я, озвучивая свое самое большое желание. Никто не смеет оскорблять мою мать... и отца... его величество Эдоарда Семнадцатого.
Герцог резко оборвал смех, придвинулся ближе ко мне, наклоняясь над столом, и произнес тихим, свистящим шепотом:
— А с чего вы, ваша светлость, решили, что я не сделал это первым?! — Он кивнул на мой кубок. — Там, конечно, не Морозко, и у вас есть еще немного времени. Очень скоро вас не станет. Я сомневался стоит ли убирать вас со своего пути, когда вы были только ночной королевой. Но, когда я узнал, что вы принцесса-самозванка, все мои сомнения отпали... Вы должны умереть. Неужели вы не заметили, что вкус взвара в последней кружке был немного другим?
В груди похолодело... мне показалось будто бы я ощутила за спиной ледяное дыхание смерти. На мгновение я даже забыла о тех мерзостях, которые рассказывал мне герцог Юрдис. Но он тут же напомнил...
— Но самое забавное, — он оскалился, показывая зубы, — королева Анни так никогда и не узнала, что королю известно о ее маленькой тайне. Она всю жизнь наивно думала, что доверила этот секрет только мне, а ее супруг считает, будто она забеременела после первой же ночи, проведенной с ним. Знаете, эта девочка на самом деле была весьма опытной в искусстве любви, — он подмигнул мне. А я с трудом удержала себя в кресле, чтобы не вцепиться в его мерзкую рожу. — И ей пришлось сполна заплатить за мое мнимое молчание. — Он ухмыльнулся и добавил шепотом, — а ваш погибший брат вполне мог бы быть моим сыном, если бы мне не пришлось покинуть Ясноград по служебным делам в ту весну...
Я зарычала... Рука сама потянулась к ноге, чтобы схватить закрепленный там кинжал. Но я вовремя опомнилась. Зачем? Нет, с оружием против герцога у меня нет ни единого шанса. Но ведь я готовилась совсем к другому... И не сдерживая себя, я кинулась на обидчика через стол, раскидывая по сторонам посуду.
Герцог Юрдис легко поймал меня и, с размаху ударив по лицу, отчего в голове противно зазвенело, мгновенно скрутил мои руки, выворачивая суставы до жуткой боли. Я невольно вскрикнула и замерла без движения... Он держал меня так крепко, что даже дышать было тяжело. В живот впилось что-то острое, разгоняя туман от удара.