Я мотнула головой. Как-то машинально. Я на самом деле регулярно пила противозачаточный отвар из тех трав, что мне дала Великая Мать.
Но зачем это баронессе? Я не понимала. Мое сознание все еще пыталось установить связь с реальностью, в которой баронесса Ирла Шерши оказалась Ургородской Матерью, сестрой Великой Матери. А тут сплыли воспоминания о той самой шляпке, которую баронесса старательно напяливала мне на голову. Значит она точно знала, кто я такая. Перед глазами потемнело...
— Дорогая, — вскочила она и подхватила меня под руку, — что с вами?
— Ничего, — прошептала я. Голос пропал. Прокашлялась. — Просто устала.
— Ах Абрита, — закачала головой баронесса и помогла мне сесть в кресло. Без ее поддержки я вряд ли смогла бы сделать хотя бы шаг. Слишком дезориентирована была свалившимися на мою голову откровениями. — Вы совсем себя не бережете... Но я к вам пришла не только для того, чтобы вручить письмо... Сестрица вам ничего не сказала, положившись на волю Великой Матери, но я думаю, тут она не права.
— Не понимаю о чем вы, — искренне призналась я. Я на самом деле ничего не понимала. Картина мира снова слегка дрогнула и повернулась. И знакомое оказалось незнакомым, правое — левым, а истина — ложью.
— Вот, — баронесса сунула мне в руку мешочек с травами, — мои личные запасы. Если вы, ваша светлость, не хотите зачать ребенка, перед каждой ночью с вашим супругом кладите щепотку под язык и держите до тех пор, пока все не закончится. А если все случится внезапно, и вы не успеете, то три щепотки заварите кипятком и выпейте отвар горячим. Чем горячее, тем лучше.
— Не понимаю, — снова пробормотала я.
— Кружево Анни, моя догорая, не защитит вас, если ваш супруг воспользуется сбором для Мужской силы, которую Великая Мать не далее как этой зимой лично вручила господину Первому советнику.
— Что?! — снова вырвалось у меня, — но зачем? Великая Мать...
— Великая Мать, — перебила меня баронесса непривычно серьезно, — с самого детства была упрямой и вредной. Если ей что-то нужно, она пойдет по головам, не считаясь ни с чьими желаниями и чувствами. Ах, дорогая, — снова захихикала она, — вы не представляете, как мне доставалось от нее. Она всегда считала, что я слишком легкомысленная и небрежная. И на правах старшей сестры старалась меня перевоспитать. Хорошо, что наша мама была на моей стороне. Она говорила, что я похожа на своего отца. Такая же легкомысленная и бестолковая, — она звонко расхохоталась, как будто бы шутка была очень смешной.
А я все еще находилась в прострации. Было ощущение, что все это происходит не в реальности. Что все это просто сон. Дурацкий сон, который развеется, как дым, стоит только проснуться... И тогда вокруг меня снова будет адекватная реальность, в которой баронесса Шерши — «глупышка Ирла», пусть и со странностями, которые пугают и настораживают, а не Ургородская Мать.