Согласится ли?

Он многим мне обязан, и если попросить его об одолжении, скорее всего, согласится.

Я отложил карандаш, откинулся на спинку стула и помассировал уставшие глаза. Однако долго отдохнуть у меня не получилось — минуту спустя дверь с натужным скрипом рванулась внутрь. В проем, едва не задев косяк плечом, ввалилась Мэй Лань. В руках наставницы беспорядочной грудой вздымались листы, готовые вот-вот рассыпаться по полу.

— Прорыв! — выпалила она, не успев перевести дух. Глаза наставницы по печатям горели лихорадочным блеском, щеки раскраснелись. — Я расшифровала большую часть печатей из Зверинца!

Мой взгляд автоматически скользнул по беспорядку на столе, выискивая место, куда можно положить ворох листов, чтобы не рассыпались. Выходило, что придется складывать свои записи, чтобы освободить место на столе.

— Новость отличная, вы молодец, — равнодушно похвалил я, аккуратно закрывая и сдвигая к стене тетради и книги. — Но чем это может нам пригодиться?

Если бы у наставницы не было ни малейшего плана, она бы не заявилась сюда с рабочими бумагами.

— Пригодиться⁈ Да всем, чем угодно! — выдохнула она. — Дай сложить, и сам убедишься, что возможностей — целый воз!

Я аккуратно переложил листы на стол, укладывая как можно компактнее.

— Ладно. Тогда как вы хотели бы протестировать печати?

— Я уже кое-что протестировала! — парировала она, садясь на кровать. — И печати действительно работают. С их помощью можно создать все, что угодно, включая Зверинец в миниатюре. Да ты посмотри, посмотри!

Мой взгляд упал на свежие чертежи.

— Ладно…

Я взялся за первый лист, быстро пробежал по нему взглядом, подключив анализ. Потом — взял второй.

Спустя пару минут я быстро перебирал листы, глаза сканировали символы, линии, схемы. Пальцы скользили по бумаге, ощущая шероховатость поверхности. Мысли, еще недавно крутившиеся вокруг Крейслера и его библиотеки, разом ушли на второй план: я то хмурился, замечая малейшие нестыковки, то одобрительно хмыкал, находя изящные решения древних мастеров печатей. Мозг работал на пределе, сопоставляя увиденное с тем, что я знал о циркуляции духовной энергии и о принципах работы больших формаций.

Мэй Лань ошибалась — «что угодно» сделать с помощью этого массива данных нельзя. А вот взять одну из функций (любую) Зверинца и масштабировать — можно.

— Мы мыслим слишком мелко, наставница, — задумчиво сказал я. — Зачем создавать урезанную копию Зверинца, если можно взяться за задачу куда грандиознее?

Я вытащил из стопки один из чертежей и ткнул пальцем в ключевые узлы.

— Смотрите. Здесь, и здесь… и вот тут, да. Если масштабируем эту печать, подключим вот эту… — я говорил быстро, но наставница понимала. — Мы можем создать не комнату и не здание, как в Зверинце — мы можем раскинуть формацию на километры. Нацелить ее, как линзу, и направить нейтральную Ци к Циншую. Энергия будет постоянно двигаться сюда из энергонасыщенных зон.