— Зазубрил. — произносит он, передавая дневник ученику. — Пусть хоть так. Садись пять.
И открыв журнал добавляет оценку и в него. Не жив не мертв, Анвар, прижимая к груди дневник, как самое дорогое, что у него есть, осторожно подходит к нашему столу и усевшись на место, облегченно выдыхает. До самого конца урока он уже ни на что не реагируя, смотрит то на свою оценку, то на меня и даже, как мне кажется готов расцеловать нас обоих. На всякий случай, немного отодвигаюсь от него в сторону. А то вдруг и правда у него появится такое желание.
Звенит звонок, и мы выходим на перемену. Анвар тут же останавливает меня и начинает допытываться, как у меня получилось так подсказать ему. Понимаю, что слухов не избежать и делаю ему легкое внушение. Теперь он считает, что действительно вызубрил этот параграф. С восторгом в глазах, тут же начинает рассказывать мне о том, как прятался под одеялом, подсвечивая себе фонариком и учил урок. Столпившиеся вокруг нас ученики слушают его рассказ, но никто даже не улыбается. Все давно знают, о бурном нраве его отца и даже в некоторой степени жалеют его, понимая, что иначе была бы очередная пара, за которой последовала бы порка.
Следующим уроком у нас химия. Людмила Федоровна, никого сегодня не опрашивает, а сразу же начинает объяснять новый материал, при своих объяснениях, она иногда вызывает одного из учеников в качестве помощника. Чаще всего, новым материал, подается одновременно с показом, той или иной реакции, помощники как раз и занимаются тем, что по указанию преподавателя, смешивают реактивы и проводят опыт. Сегодня «подопытным кроликом» выступаю я. Слушаю преподавателя, одновременно с его рассказом, смешиваю реактивы, засыпаю в колбу, ставлю на спиртовку и поджигаю ее. В этот момент, замечаю нашу гимнастку Сару.
Вообще-то ее зовут Лариса Сорокина, но так повелось еще с первого класса, и все называют ее Сарой. Она сидя за одним из столов отчаянно жестикулирует, передавая что-то своей подружке в другом ряду. Заинтересовавшись начинаю читать ее жесты, но поняв, что ничего интересного там нет, вновь прислушиваюсь к рассказу учителя, выхватывая последние слова: «…добавлять воду!». Тут же беру колбу с водой и выливаю ее в ту, где готовится реакция. Одновременно с моим действием из колбы начинает валить густой фиолетовый дым, а через мгновение раздается небольшой взрыв, колба разлетается вдребезги, я успеваю отпрыгнуть в сторону, и даже прикрыть собою преподавателя.
Когда дым рассеивается, оказывается, что весь стол, пол рядом с ним и даже часть потолка окрашены в «радикальный черный цвет», точнее фиолетово-черный. Оказывается, первые слова, которые я отвлекшись прослушал были: «Ни в коем случае нельзя!». Сегодняшний день заканчиваю мытьем кабинета химии, оставшись после урока. Увы, краска оказалась довольно стойкой и к тому же едкой, поэтому так и не удалось отмыть ее до конца, но и двойки я тоже не получил, что немного порадовало меня.