— Нет. Но это ничего не значит. ОНА может и молчать. Чаще молчит, ты же знаешь. Предпочитает, чтобы мы сами решали свои проблемы. А храм… Храм им всем нужен был.

Я понятливо кивнул. Да уж. С храмом в убежище получилось забавно. Как я понял из путаных объяснений Ирвоны, стоило ей, идя по одной из силовых линий бункера оказаться в его подвале, как ей случилось видение. Девушка увидела потайную дверь рядом с собою, и поняла что нужно делать, чтобы ее открыть. А еще, как я понял, Хаймат была слегка недовольна тем, что я сам эту дверь не нашел.

Они, видимо, надеялись, что я в первый же день, как войду в убежище, примусь его обследовать от и до. Забавные ребята. Как бы я это сделал, не имея в своем арсенале никаких подходящих заклинаний, да еще и с затуманенным разумом? То, что я тогда нашел подпол, вообще считаю чудом. Так что, уж извините, господа хорошие, если уж призываете к себе на службу простого мужика, чтобы он вам мир спасал, то хотя бы намеки делайте пожирнее.

Впрочем, судя по всему, до богов эта истина все же дошла. Что-то мне подсказывает, что свое задание по возвращению магии на Риэл я изначально должен был получить как раз в том самом храме. И не к брату Родли меня вели сквозь часть страны, а в убежище. Жрец же стал всего лишь запасным вариантом, когда стало ясно, что местному миру достался не самый сообразительный спаситель.

Так уж получилось, что Ирвона ни одной ночи не провела в выделенной ей комнате. И пусть кошмары ее уже почти не преследовали, но, она раз за разом оставалась у меня. Естественно, что я был ничуть не против, так как искренне считал, что горячее девичье тело под боком — лучше, чем его отсутствие. И, естественно, вместе с Ирвоной ко мне переехали и ее вещи. Так что не было ничего удивительного в том, что мы были готовы уже спустя каких-то пару минут.

— Рассказывай, — коротко бросил я дожидавшемуся меня Гральфу, выходят из комнаты.

— Десять человек. Прибыли десять минут назад. Требуют хозяина дома. Варс поинтересовался, было, что им от тебя нужно, но сержант стражи его послал.

Я понятливо кивнул. «Шавки» никогда не пылали особой любовью к псам войны, называя «шакалами» и презирая за то, что те готовы взяться за любую, пусть и самую грязную, работу. Обвиняя наемников в том, что те, якобы, продают свои мечи за деньги. Что, мол, не к лицу настоящему мужчине. И ведь никого из таких умников не смущал тот факт, что сама стража, по сути, занимается тем же самым.

— Я на всякий случай дал команду быть готовыми ко всякому, — добавил мой старший товарищ, когда мы были у самого входа. — Не скажу, что они с восторгом приняли эту новость, но, если что, тебе есть кому прикрыть спину.