— Кровь содержит ману. В теории он сам отфильтрует, но так никто поступать не будет. Глупо и опасно. Если только жизнью рискует и прячется от кого-то. Но можно вражеских магов на эксперимент пустить… — Граф посмотрел на пленников.

— Не надо экспериментов. Я сам расскажу! — тут же стушевался единственный выживший маг отряда, что сидел в засаде.

— Ну и хорошо. Кристаллы я ещё не видел вживую. Но их, судя по всему, нужно в центр этой пластины просто положить. Осталось узнать, что запечать жизни … — произнёс я, рассматривая её и нанесённые магические руны под светом феи Ля, что тоже с любопытством подлетела к артефакту и стала пролетать через её пустую сердцевину.

— Это из магии крови. Распространено у всяких некромантов, практикующих нехорошие вещи. На территории Домена официально под запретом.

— Ты знаешь, меня порой пугает твоя начитанность, — признался я.

От моих слов Граф заулыбался, словно я его похвалил.

«Прикольная штучка. Уверена, ты сможешь соединить его с

Павозом Элеи. Как и те статуэтки. И будет тебе переносное поле маскировочное», — произнесла Алиса, показавшись перед всеми и ноготочком постучав по трофею.

— О! А это идея! Надо проверить! — тут же отреагировал Граф, и я отдал ему артефакт, чтобы он попробовал.

Всё равно, пока варгов не запряжём, с места повозку не сдвинем.

Маша подошла, неся в руках целый мешок с драгоценностями. Судя по количеству, не только с рук разбойников. Но и их жертв. Среди них выделялись жетоны. Очень маленькие, размером с ноготь. В виде головы на вилах. Я быстро осмотрел пленного мага и нашёл такой же на внутренней части его чёрной кожаной куртки. Значит, символ их банды.

— Жемчужина у Графа? — уточнила Маша.

— Ага. Пора очистить нашу полянку. Целый день на ногах, так ещё и всякие твари поспать не дают… Можешь особо не церемониться с ними. Не хотят говорить — пусть сдохнут в ужасе. Кто-нибудь всё равно сознается.

— Хорошо. А если что, можно спустить на них Джоану! — специально громко произнесла Мария.

Всем выжившим резко стало интересно, кто такая Джоана.

— ЧЕГО-О-О? МНЕ МОЖНО КОГО-ТО ДОПРОСИТЬ? — донёсся с края поляны дьявольский, полный энергии и леденящей душу радости вопрос.

Если до этого в округе ещё какие-то жучки и птички недовольно копошились, то после её вопроса даже ветер стих, не рискуя лишний раз обращать на себя её внимание.

Я присел на корточки перед одним из пленных — молодым парнем лет двадцати пяти. Перебитый нос, сломанная рука, рассечённая бровь. Он дрожал — то ли от боли, то ли от страха.

— Хочешь познакомиться с Джоаной?