В своей прошлой жизни я практически отказался от своего увлечения, оставив его только как хобби. Возможно, это и было правильно, если учитывать, как ограничено было моё время. Но сейчас я не имел таких препятствий и мог заняться тем, что по-настоящему любил.
Возможно, что в будущем это действительно останется только моим хобби. Но если это и произойдёт, это будет моё личное решение, совершённое без какого-либо давления и обстоятельств извне.
Сейчас я наслаждался этой игрой, потому что играл для себя.
Композиция достигла своей середины, правая рука играла ту же тему, но с мелодией громче и активней.
Левая рука должна была усиливать акцент, появилось больше форте, а темп ускорялся. Основная сложность была удерживать ровный ритм при увеличении темпа и силы звука. Приближаясь к финалу, я уже чувствовал, как начинали деревенеть запястья.
Где-то здесь я и планировал остановиться, чтобы просто передать учителю партитуру. Лучше было бы оставить о себе положительное впечатление, а не сбиться с ритма и где-то и налажать.
Но начался финал, и несмотря на то, что мои руки так и не смогли за всю ночь его правильно сыграть, я продолжал.
Темп в этой части достигал максимума, руки должны были двигаться гораздо быстрее. Моя левая рука продолжала ритм, но должна была стать агрессивней, а правой приходилось играть резкие аккорды.
Сложнее всего было удержать контроль над руками при высокой скорости и громкости, чтобы не было грязи в звуке.
Но именно сейчас в моих ушах стоял почти что белый шум.
Кульминация представляла собой фортиссимо — быстрое нарастание громкости и финальный аккорд.
— …
— …
— …
Шум из ушей медленно уходил, и его заменяла звенящая тишина. Единственное, что я слышал сейчас, это эхо последней ноты, изданной роялем, которая всё ещё гуляла по просторной аудитории и медленно затухала.
Я открыл глаза, даже не понимая, сколько времени они оставались закрытыми, и посмотрел на свои пальцы. Они дрожали.
— Это вообще что? — услышал я голос мужчины где-то сбоку и обернулся.
Гю Бо сейчас стоял и пристально смотрел в мою сторону. Измученное выражение лица, которое осталось от вчерашней попойки, сменилось изумлённым, и мужчина однозначно сейчас ждал ответа.
Ещё раз посмотрев на свои дрожащие руки, я просто пожал плечами:
— Эта мелодия пришла ко мне в голову, когда я вспомнил эту аудиторию и вас.
— Меня? — удивился он.
— Она называется в пещере… — я задумался, что слово «король» здесь не очень подходит по контексту и изменил её. — В пещере горного великана. Ну… То, как вы ходите здесь и ругаете всех вокруг в высокопарном стиле и всё такое.