Если всё это было только плодом спящего мозга, оставалось только восхититься талантом собственной фантазии.

Что же, если местные хотят играть с ним в какую-то странную игру, утверждая, что он должен быть сыщиком, так тому и быть. Глеб твёрдо решил подыгрывать им, пока не найдёт способа раскусить грандиозный обман или найти путь, чтобы вернуться домой.

От этих мыслей его оторвал грохот и шкрябание. Глеб обернулся и увидел, что на подоконник к нему запрыгнул толстый рыжий котяра.

— Эй, привет, дружок.

Глеб поднялся и на цыпочках подошёл к окну, чтобы не спугнуть животное.

Впрочем, кот и не думал убегать. Вальяжно подойдя к столу, он запрыгнул на стул, сев аккурат напротив белых фигур, и задумчиво посмотрел на расстановку сил, точно собирался продолжить игру.

Глеб медленно протянул руку почесать коту мордочку. Но тот вместо того чтобы благосклонно принять почёсывания и мурлыкнуть, вдруг зашипел и выгнувшись дугой бросился на Глеба.

— Что? Что ты такое? — взвыл кот человеческим голосом. — Куда дел Глеба⁈

От подобного поворота событий Глеб оцепенел, а кот не сдавался:

— Говори, ирод, откуда пришел, я же чувствую, не наш ты, не местный!

— Я Глеб. Говорят Яковлевич, Буянов.

— Нагло врут, — тут же оборвал его кот, но нападать перестал. — Я с Глебом знаком. Он иначе пах. Мы с ним уже две недели общаемся, вот партийку даже играли, — кот махнул хвостом в сторону шахматной доски, — а ты явился и все испортил, даже ход вместо меня сделал.

Кот вздохнул.

— Мат Легаля, давно хотел его использовать, специально приберег, и вот, пожалуйста.

— Простите. — Глеб понуро опустил голову. — Знал бы что это так важно, не тронул бы фигуры.

— Чего уж теперь, забудь, — сжалился кот. — Лучше принеси чего перекусить. У меня от нервов всегда аппетит повышается.

Глеб торопливо сходил на кухоньку, нашёл в одном из ящиков консервированный паштет, открыл банку и вернулся к окну. Кот терпеливо дожидался его, обхватив хвостом лапы.

— Вот, пожалуйста, покушайте, — Глеб поставил перед ним паштет.

— А что, — спросил кот мягким баритоном, — повкуснее-то ничего не было?

Глеб развел руками, в голове у него крутилась тысяча вопросов одновременно.

— А все… все коты умеют разговаривать? — спросил он.

— Нет, не все, — лениво отозвался кот, скептически обнюхал паштет и начал неторопливо есть.

— Почему?

— А почему не все люди способны написать симфонию? — ехидно поинтересовался кот. — Кто на что годен. Хватить задавать глупые вопросы, дай поесть.

— Извините.

Глеб терпеливо дождался, пока кот смолотит весь паштет и тщательно вылижет банку, прежде чем задать новый вопрос: