Наш флаинг начал заходить на посадку. Оливия Стоун с изящной небрежностью профессионала сделала разворот, резко снижаясь. На площадке внизу я заметил два «Грифона» без опознавательных знаков и несколько незнакомых воздушных аппаратов. За нашим приземлением следили зенитные гаусс-турели, очень похожие на те, что обороняли городские Стены, а сверху сопровождало звено оседланных орноптаров. Мое «Бинокулярное Зрение» позволило разглядеть наездников — экипировкой очень похожи на легионеров, но, как и в Водном Городе, без символа Стеллара на нагрудниках и знаков различия. Судя по словам Оливии, вся гарнизонная центурия Авалона перешла на сторону родного клана. Город был крайне непредусмотрителен, формируя местные подразделения большей частью из клановых ветеранов, готовящихся к отставке. Это считалось поощрением, некой синекурой, отличившихся легионеров переводили дослуживать домой, но в итоге привело к тому, что войска в провинциях оказались более лояльны родному клану, чем Легиону.

— Приготовься, мы садимся, — произнесла Оливия Стоун, — не передумал?

Я взглянул на эксперт-координатора Водных Городов, управляющую флаингом. Вопрос стоило переадресовать ей самой. Стоило больших трудов убедить Оливию в чистоте моих намерений. Не знаю, удалось ли бы это без «Повелителя Стаи», исподволь подточившего человеческую волю. Дети кланов умели закрываться от ментального контроля, но на моем уровне пси-поле действовало своеобразным усилителем эмпатии, заставляя проникаться и верить, просто слушая то, что я говорю. Впрочем, мне не пришлось прикладывать запредельных усилий, чтобы убедить эксперт-координатора помочь. Водные Города исторически и технологически были близки к Городу, клан Змея колебался, выбирая между гибелью и предательством. Выбор был плохим, они прекрасно понимали это сами. Когда я предложил соломинку — Оливия вцепилась в нее с отчаянием утопающего. Осталось немногое — проделать то же самое с остальными.

— Я готов. Действуем как договорились, — сказал я, надевая шлем и поляризуя забрало. На мне снова был легионный «Гардиан» — потому что я играл роль спутника-телохранителя Оливии Стоун. Другого способа мы не придумали. Речь шла о расторжении Клятвы, представители кланов враждебно настроены к городским Инкам, и вряд ли я смог бы попасть на их тайное совещание под собственным именем. К тому же после обстрела Нео-Арка «Абсолютами» и орбитального удара по базе Левши стало кристально ясно, что мне лучше оставаться инкогнито. Кое-кому на небесах очень не нравится мое существование, и этот кто-то приложит все усилия, чтобы уничтожить наследника Прометея. Возможно, мой предшественник это предвидел, поэтому и принял решение взять новое имя и пройти весь путь заново.