— Эта вещь явно сделана для Инка, — продолжала сомневаться Цирцея. — Откуда она? Сними шлем, я хочу идентифицировать тебя!

— Это работа Прометея. Но сейчас она моя по праву, — негромко произнес я.

Услышав мой голос, Цирцея вдруг вздрогнула и замолчала, как будто что-то поняла. Инки обычно владели собой гораздо лучше, чем люди, но сейчас даже невооруженным взглядом можно было заметить, что Заклинательница изумлена. Даже больше — поражена. И не знает, как реагировать.

Мико:Грэй, я получаю идентификационный запрос ее когитора!

Отвечай, приказал я. Притворяться больше не имело смысла, она меня опознала, скорее всего, нейросеть сравнила голосовые данные с имеющимися в базе. Мико молча повиновалась и спустя секунду я почувствовал обволакивающее прикосновение чужого пси-поля.

— Ты , — Цирцея не спрашивала. Мне почудилось в этом утверждении одновременно облегчение и тревога, как будто она не знала, чего от меня ожидать. Мы были незнакомы, но в прошлом Цирцея служила в Первом Легионе и не могла не знать Прометея. Сейчас я мог надеяться только, что мой предшественник оставил о себе хорошие воспоминания.

— Я.

— В Городе тебя считают мертвым.

— Знаю. Так надо.

— Зачем ты здесь? Эти люди под моей защитой.

— Даю слово, что не причиню им вреда. Я просто хочу поговорить.

— Дьявольщина. Это действительно ты.

— Цирцея, что-то не так? — наш беззвучный разговор длился всего пару мгновений, но бойцы Авалона вокруг зашевелились, почуяв неладное. Заклинательница подняла руку… и опустила ее. Затем она резко отдернула пси-поле, еще раз взглянула на меня и коротко приказала, как будто удовлетворившись объяснениями:

— Все нормально. Пропустите его.

Сработало. Волнение отлегло, я изо всех сил старался сохранять полное хладнокровие. Цирцея не подняла тревоги, не выдала меня. Харизма и репутация Прометея сработали или она просто… испугалась? И решила подыграть? А может, захотела выиграть время и дождаться помощи, резонно опасаясь меня? Неизвестно.

Следуя за Оливией, я оказался внутри. Мико подсказала, что это прямоугольное, светлое и роскошно отделанное помещение называется «рыцарский зал». Конструкция потолочных балок напоминала корпус перевернутого древнего судна, блестя темным полированным деревом. Ярко пылающий камин, украшенный лепниной, бросал отсветы огня на круглый стол и стулья с мягкой обивкой. Голографический проектор на нем, приборы по углам и провода, разбежавшиеся по залу, казались совершенно чужеродными. Но они были абсолютно необходимы — я видел в прямоугольных бойницах и окне-розе над входными дверями голубоватую пленку защитного поля.