— Тогда мы не будем высаживаться здесь. — по голосу Цандра было понятно, он что-то задумал. — Нужно найти ещё одну лодку. Пока ты будешь навещать Морсу и Вию, мы спокойно переплывём чёрную реку и переждём на той стороне, уж там нас точно никто не найдёт.

— Но как, ты же сам говорил, с этого берега в Лимб попасть невозможно.

— Для бывших и действующих реус, — негромко усмехнулся центурион. — Мы с Нюшей не подпадаем ни под одно из определений. Мы, скажем так, вне системы. Да, сто процентной уверенности нет, но шанс, что задумка сработает, очень велик.

— Осталось найти вторую лодку. — подвёл я итог.

— Вот уж точно не проблема. — усмехнулся Цандр. — Видишь вон ту пристань, там явно имеется не один десяток судёнышек.

Лодки имелись, во множестве. А так же имелась одна проблема, в лице одиноко сидящего на причале существа. Когда-то, очень давно, оно было человеком. Теперь же, из под длинных грязных волос, принятых мною за рваную одежду, в лунном свете сверкали белки глаз, и раздавалось невнятное бурчание. Мы приблизились к причалу вплотную и я уж собрался было отдать Нюше приказ, чтобы она сняла тварь из лука, но тут центурион произнёс:

— Назар? Назар, это ты?

— Кто назвал моё имя? — бессвязно бормочущее существо внезапно заговорило чётко и ясно.

— Назар, это я, Цандр.

— Цандр? — в голосе лохматого послышалось удивление. Он вскочил на ноги и сделал пару шагов назад. — Цандр больше не может говорить, ты лжёшь!

— Но ты же видишь меня!

— Ка-ак? Как ты смог обмануть? Это невозможно! От этого нельзя избавиться, проклятье вечно!

— Я теперь адепт Воли, Назар. Пусть не полноценный игрок, всего лишь слуга, но я вернул себе право развиваться.

— Расскажи! — лохматое существо, когда-то бывшее человеком, метнулось к самому краю причала, почти прыгнув в нашу лодку. — Я хочу знать! Всё отдам, чтобы вернуть себя!

Центурион, спросив моего дозволения, долго разговаривал со своим знакомым, удалившись на берег. Мы с Нюшей терпеливо ждали в лодке. Я было подумал, что Цандр уговаривает существо не раскрывать никому о том, что оно нас видело. Но всё оказалось иначе. Через пятнадцать минут беседы, если судить по хронометру, напарник вместе с Назаром двинулся к нашей лодке.

— Ты! — произнёс лохматый, протянув в мою сторону тонкую, скрюченную руку. — Прими меня в услужение! Я приношу себя в добровольную жертву!

— Боец, прими его. — в голосе центуриона звучали просительные нотки. — Поверь, трудно найти более достойного человека в этом проклятом месте. Он был наказан, как и я, только гораздо суровее. Творец закрыл Назару доступ к сферам и классовым умениям. Чудо, что он ещё не превратился в тварь.